Пленный поезд
(по мотивам романа Риты Гуенко «Дети войны»)
На железнодорожную станцию подогнали товарный состав. Под присмотром конвоя с собаками загружали очередную партию «рабочей силы». Люди от страха жались друг к другу, создавая толпу и пробки. Окрики: «Шнель! Шнель!», прикладами торопили на посадку.
Посадка закончена. Засовы на товарных вагонах лязгнули, поезд тронулся. Народу, как селедки в бочке: ни повернуться, ни шелохнуться. Душно, тесно и темно. Тоненькая хрупкая болезненная молодая женщина, еле держась на ногах, не спускала с рук своего 4-летнего сына. Она боялась, что в этой давке его могут просто затоптать. Женщина тяжело дышала. Ей не хватало воздуха. Она задыхалась. Начался приступ кашля. Есения протянула ей кружку с водой… Кашель прекратился на какое-то время, затем возобновился с новой силой. Совсем некстати.
Есения:
— Давай подержу твоего сынка
Соня
— Нет-нет, спасибо. Мне совсем не трудно его держать, он легкий. Хорошо бы в уголок или к стеночке определиться. Душно очень.
В вагоне пахло прелым сеном, скотским потом, навозом. Запах усиливался от того, что было слишком много людей в вагоне, жарко и душно.
Валя
— Пропустите женщину с ребенком ближе к дверям
Толпа покачнулась, медленно пропуская больную с ребенком на руках.
Остановка. Опять погрузка, догрузка, лай собак, крики детей, редкие выстрелы, лязг дверных засовов.
Лера:
Пожалуйста, не надо…Мне страшно!
Есения:
»Тише! Тихо! Не плачь! А то фашисты могут отнять или расстрелять».
Соня:
— Должен же быть какой-то выход!
Есения (вспоминает):
Когда мы заходили из другого вагона, чувствовалось, как одна доска под ногами прогнулась. Доска полусгнившая, сыпалась. почему не провалилась — непонятно.
Даша:
Да, держится только на гвоздях, а может, на «честном русском слове».
Соня:
Сама не смогу, не хватит сил. Но… может, хоть сыночка спасу…?»
Валя:
Мы должны развести концы доски все вместе.
Даша:
-Ты сначала подготовь ребенка. Вывалится из вагона — а что дальше?
Валя:
Он же еще маленький. А там уже ночь.
Есения:
И потом, надо его выбросить ближе к станции, чтобы его быстрее нашли и подобрали люди.
Соня:
— Да он у меня умный, ему уже 4 года. Он все понимает, — неуверенным голосом сказала мамаша. Вагон на стыке рельс резко качнуло. Мальчик зашевелился.
— Ёсенька, любимый мой, дорогой мой сыночек! Послушай меня и сделай все так, как я тебе скажу.
-Мы сейчас едем в поезде, да?
— Да, — ответил Ёся полусонным голосом.
— Ты у меня, большой и смелый мальчик, правда?
— И взрослый, ты забыла сказать.
— Взрослый, молодец! Ты понимаешь, что сейчас идет война.
— Понимаю. Нас немцы везут в свою страну, в Германию
— Правильно. Но мы с тобой в Германию не хотим и не поедем. Мы будем жить в своей стране. Когда поезд пойдет медленнее, мы раздвинем которые под нами шатаются, ты вылезешь в дырочку, как будто выпадешь из гнездышка. И будешь лежать, не двигаясь, пока весь состав пройдет над тобой. Не шевелись! Как упадешь, так и замри!
-Мы что, будем с тобой играть в птенчиков? — оживился Ёся.
— Ну, можно сказать и так, — торопливо ответила мама, стараясь до очередного приступа кашля успеть все объяснить сыночку.
— А ты? Ты когда выпадешь из гнездышка под поезд? — спохватился Ёся со страхом в голосе.
— А я прилечу к тебе позже.
— Когда позже? — с тревогой спросил малыш.
— Ну, ты тогда узнаешь, — задумчиво ответила мама. — Самое главное, ты меня жди. Так вот, когда поезд пройдет, ты полежи еще немножко, прислушайся. Если услышишь немецкую речь, или какой-то шум, или стрельбу, — лежи и не двигайся.
— Притвориться мертвым воробышком? — догадался Ёся.
— Да, притворись, пока не станет тихо-тихо вокруг. Будет ночь, будет темно, но ты не бойся. Это просто кажется страшно… Ты отойдешь подальше от железной дороги , найдешь большой кустик и постараешься быстрее заснуть. А когда проснешься, выйдешь из-под кустика. Где-то увидишь дома, или один дом. Туда и иди. Иди к людям, проси у них водички попить и покушать. Попросись переночевать к кому-нибудь. Если кто разрешит — поживи у них немножко. Я скоро приду.
— А когда ты придешь? Я не хочу идти к людям один. Я боюсь. Я хочу с тобой! — со слезами в голосе сказал Ёся.
— Сыночек, миленький мой! Я сейчас не могу с тобой. Но я скоро приду, обязательно приду! Обещаю тебе. Ты только жди меня. И обязательно иди к людям. Не будь один. Не теряйся. Если не покормят и не приютят, не обижайся. Всем трудно сейчас живется. Иди дальше. Лучше подходи к тетям с детьми. И ничего не бойся. Я тебя очень, очень люблю и обязательно найду!
-Я тебя тоже очень люблю и хочу с тобой! — захныкал Ёся.
Вот уже и поезд снижает скорость.
Кирилл:
Товарищи! Поезд останавливается! Скорее! Соня:
«Ёся!Пора!»
Все бегут в другой вагон, Соня задыхается кашлем. За ней возвращаются Даша и Есения. Соня слишком слаба, чтобы встать.
Валя:
Скорее!Времени не осталось!
Соня:
Спасите сына…
Девочки хватают ребенка, он дерётся, цепляется за маму, но его уводят.
Соня, шатаясь идет за ними
«Не плач, Ёся. Не плач…” уходит за всеми.
Начинается номер «Вокзал»
