автор: Корнева Ксения Андреевна 9-в класс
Руководитель: Долматова Надежда Анатольевна
учитель русского языка и литературы МБОУ СОШ№3 г.Усмани Липецкой области
«В первый день войны» (рассказ) номинация «Литературное творчество»
В первый день войны…
Война-колыбель смерти…
Огромные серые облака закрыли солнышко, и крылья красивой бабочки, за которой я наблюдал, перестали переливаться всеми цветами радуги. Еще один листок с дерева упал прямо к моим ногам. Я поднял его с земли и разглядывал, любуясь позолотой. «Странно, ведь только июнь, а он уже пожелтел, засох,» — вертелось в голове.
— Ян, пойдем, за тобой пришли, — сказала Алеся, наша соседка, девушка восемнадцати лет, – мама заберет тебя.
Алеся была хмурой, как те облака, за которыми я только что наблюдал. Она быстрыми шагами зашла в дом.
Сжимая заветный листочек в ладони, я выбежал из соседского двора. На родном крыльце стояла мама. Она плакала. Я дернул ее за руку, но она не ответила.
Выскочив на улицу, я увидел, что в нашем поселке творится что-то странное. Вокруг царило какое-то непонятное мне, ребенку, беспокойство. Суетились военные в темно-зеленой форме. Они прощались со всеми, садились в машины и куда-то уезжали. Женщины почему- то плакали…
Из обрывков фраз я понял только одно: «Война…»
Я узнал, что Брест бомбят немцы. Гарнизон, находившийся в осаде, мужественно защищает крепость. Но они обречены. Отец, командир взвода, был в том гарнизоне…
Мы жили в пригороде Бреста. Теперь стало понятно, почему со стороны города раздаются глухие звуки, похожие на отдаленные раскаты грома.
Вернулся в дом, хотел обнять маму, но она отстранилась:
— Некогда, надо собирать вещи и уходить за Буг. Немцы скоро будут здесь…
Мама дрожащими руками вязала узлы, а я разглядывал свой листочек. Он был таким красивеньким. Желтый, с огненно-красными разводами, как кровь…
В дом влетела Алеся. «Опоздали,»-выпалила она… В поселок вступили фашисты.
Мама побледнела, словно полотно:
— Вот и все, — повторяли ее губы, — Они не посмеют… Мы же — мирное население…
Пришли улыбающиеся люди в серой форме. Они говорили на непонятном языке. Женщин согнали в отдельное помещение. Маму я больше не видел…
Детей и стариков закрыли в подвале. Там была старушка, которая все время плакала и молилась, и девочка с куклой. Мы с Алесей сидели, прижимаясь к холодному кирпичу стены. Со двора раздалась короткая автоматная очередь. Я, будучи сыном военного, знаком со звуками стрельбы с детства и ни с чем их не спутаю. Алеся вскочила, посмотрела в оконце на двор и заплакала. Она обняла меня, прижав к себе, погладила по голове. «Твоя мама уснула,»- сквозь слезы прошептала девушка.
Солдаты забрали старушку и Алесю. Я присел рядом с девочкой. Она, прижимая куклу, плакала. Я заплакал тоже…
Наступил вечер. Испепеляющее июньское солнце клонилось к горизонту. Близился к концу первый день войны. Страшный день, уже готовый стать прошлым, вечностью…
Лязгнул железный засов, со скрипом открылась просевшая дверь. В полумраке подвала показалось улыбающееся лицо солдата.
-Дети, выходим! — пробасил противный голос на ломанном руссом языке.
Жара сменилась вечерней прохладой. Солдаты коротали вечер, перекидываясь в карты, кто-то играл на губной гармошке, а денщик в серой форме пел высоко и фальшиво.
Ощущая спиной холод стены, я смотрел на узкую полоску света на горизонте и понимал, что это последний закат в моей недолгой восьмилетней жизни.
Вспышка. Раздирающая боль в груди… И очень захотелось спать. Что-то мягкое, красное, как шаль, обняло меня, накрыло ласковыми волнами тепла и покоя…
Ангел на белоснежных крыльях уносил мою душу туда, где легко и спокойно, где нет боли. Там, в высоте холодного неба, меня ждал отец, погибший при защите Брестской Цитадели. И мамочка.
А внизу, где-то рядом с Брестом, в опустевшем дворе, раздавалась веселая песня на непонятном языке.
