Жанр сочинения — эссе
Тема сочинения – «Обычная школьница»?!
Вчера на уроке мы посмотрели три фильма проекта «Дети войны» о детях блокадного блокадного Ленинграда, а потом классный руководитель рассказала нам о двух девочках-ленинградках – Тане Савичевой и Вале Петерсон. Если о судьбе Тани мы знали давно и каждый год с сожалением и сочувствием вспоминаем о ней накануне Дня Победы, то о Вале мы услышали впервые. Почему-то страницы ее дневника растревожили меня даже сильнее, чем страшные странички из блокнотика Тани. Может быть, потому что боль от свежей раны всегда острее, а может быть, потому что ей было лишь чуть больше лет, чем мне сейчас.
Я в декабре 2021 года очень трудно болела коронавирусной инфекцией и целый месяц провела дома: одна, без привычного щебетания с подругами на переменках, тревожного ожидания очередной проверочной работы по математике, невероятной радости после заветной пятерки за административную по русскому языку и, наконец, без новогоднего классного чаепития. Я сетовала на свою горькую участь и считала дни, когда снова можно будет оказаться среди моих шебутных, но таких любимых одноклассников.
Слушая рассказ о семикласснице Вале Петерсон, о ее школьных буднях зимы 41 года, я невольно покраснела: это я себя считала недавно несправедливо обиженной судьбой, а Валентина умела находить в жизни крупицы радости, когда удавалось хоть что-то поесть!
Всего несколько страниц из дневника, но в этих нескольких десятках строк уместилась целая жизнь со всеми ее радостями и бедами – жизнь девочки, которая, как и я, хотела от окружающих любви, внимания, признания, а получила взамен лишь свой кусочек горького блокадного «пирога»…
Валино признание, что кошачье мясо, поджаренное с чесноком, оказалось довольно вкусным, и сожаление о том, что любимого сеттера Сильву придется «засолить», потому что ее нечем кормить, и самим есть уже совсем нечего, заставляет содрогнуться. А Валя с нетерпением ждет, когда в начале ноября начнутся занятия для старшеклассников, и она вернется в школу. А в конце декабря девочка признается, что все «плачут от счастья» от прибавки к пайке хлеба лишних 75 граммов, а она переживает, что скоро закончится четверть и за «конституцию» у нее может быть плохая оценка. Как обычная отличница! Только вот не обычная она школьница, а ученица школы взятого в кольцо и разрушенного фашистами Ленинграда.
Занимались в холодных классах, где замерзали чернила, и писать приходилась карандашами в промежутках между строками старых газет. В классе иногда занимались всего 2-3 человека, потому что приходилось выстаивать в очередях за хлебом и пропускать школу. Уроки шли по 20-25 минут, потому что дольше голодные и промерзшие дети и учителя просто не могли выдержать, постоянно приходилось спускаться в бомбоубежище из-за налетов и бомбардировок. Никто уже давно не хулиганил и не нарушал дисциплину, потому что сил оставалось только на то, чтобы дойти до школы, отсидеть несколько уроков, дождаться полагавшегося школьникам супа из клейстера и добраться невредимым до дома, чтобы завтра повторить весь этот путь опять. Но все-таки они учились! Я сначала не понимала: зачем они учились, когда линия фронта была всего в нескольких километрах, — можно же было просто переждать несколько месяцев! – и вспомнила себя месяц назад, когда сидела дома на карантине. Ведь и правда, когда ты с людьми, забываешь о своих проблемах, тревогах, переключаешься на общее дело!
А дома у Вали еще был отчим, который от голода и холода не смог больше притворяться заботливым отцом и мужем и съедал хлеб всех домочадцев один, оставляя больную жену и Валю без крошки хлеба!
Валя вспоминает о новогоднем спектакле, когда артисты в летних платьях играли спектакль «Овод», а в театре было минус двадцать, и все зрители-школьники думали только об обеде, обещанном после постановки. Это был по-королевски шикарный обед: тарелка супа-лапши, каша с соусом, кусочек хлеба с соевым желе. Так школьники в декабре 1941 года встретили Новый год! Валя еще устояла перед искушением и принесла хлеб с желе домой больной маме, чтобы поделиться с ней частичкой новогоднего чуда…
Я не уверенна, что смогла бы выдержать в таких условиях хотя бы неделю, а дети, зажатые в блокадном ленинградском кольце (а таких было 400 тысяч!), смогли. И не неделю, а три долгих года!
Может быть, это прозвучит слишком торжественно, но я преклоняюсь перед мужеством и силой воли школьников блокадного Ленинграда, которые учились, работали, да и просто выживали в тех нечеловеческих условиях, что уже было невероятно для растущего организма подростка! Спасибо им!
Зная о том, что пришлось пережить нашим сверстникам зимой 41 года, уже совсем по-другому смотришь на свои собственные неприятности. Спасибо за то, что своим примером они показали нам, подросткам следующего столетия: жизнь всегда достойна того, чтобы ее ценить и за нее бороться!
