Глубокоуважаемый Владимир Иванович, Здравствуйте! Пишет Вам ученица 11-го класса из города Славянска-на-Кубани. Меня зовут Ева, и я обращаюсь к Вам не только как к великому лексикографу, но и как к Казаку Луганскому — удивительному рассказчику, который слышал и собирал живую речь нашей необъятной Родины.
Поводом для этого письма стал школьный конкурс, но истинная причина — мое недавнее открытие. На уроке кубановедения мы изучали историю местного гончарного промысла, и учитель посоветовал обратиться к Вашему Словарю. Я искала слово «гончар» и была потрясена! Вы не просто дали определение, а развернули целый мир: «горшечник», «горняк», «глинник». А рядом — «гончарня», «гончарный круг», «обапорки» (оказывается, так называли подставки для еще сырых горшков!). Я будто увидела не старинное ремесло по учебнику, а услышала разговор мастеров у печи. Ваш Словарь оказался машиной времени, которая оживила историю моего края. Теперь я понимаю, что изучать прошлое — это не только смотреть на археологические находки, но и вслушиваться в слова, которые они называли.
Это заставило меня задуматься о главном. Вы посвятили жизнь тому, чтобы собрать и сохранить «сокровищницу народного языка». Для Вас это, конечно, был научный труд. Но для нас, потомков, это — учебник нравственности. Я открыла Ваш сборник пословиц и была поражена, как точно и мудро в них расставлены все ориентиры: «Береги платье снову, а честь — смолоду», «Ум без разума — беда», «Родина — мать, умей за нее постоять». Вы сохранили не лексемы, а совесть народа, его духовный код. Сегодня, когда так много говорят о патриотизме, я вижу его основу в этом бережном, любовном отношении к родному слову, которое Вы нам подарили.
Владимир Иванович, Ваш труд не пылится на полке. Он вызывает споры и вопросы! С друзьями мы иногда размышляем: а что бы Вы сказали о современных словах — «хайп», «краш», «залипить сторис»? Часть меня думает, что Вы, как строгий собиратель, могли бы счесть это порчей языка. Но другая часть вспоминает, что Вы записывали всё живое слово — от торгашей до крестьян. Возможно, Вы бы с интересом отнеслись к этому новому пласту, стремясь понять, какие изменения в жизни они отражают?
Поэтому у меня к Вам вопрос, на который мне так хотелось бы получить ответ: когда Вам было тяжелее всего за полвека работы над Словарем, что давало Вам силы не оставить этот гигантский труд?
Спасибо Вам огромное. Не только за тысячи страниц и сотни тысяч слов, а за то, что Вы дали нам ключ. Ключ к пониманию самих себя, своей земли и своих предков. Читая Ваши труды, я чувствую не просто уважение к прошлому, а гордость и ответственность — за язык, за культуру, за Родину, чью душу Вы так тщательно сохранили.
С глубочайшим уважением и благодарностью,
Ева.
г. Славянск-на-Кубани, 2026 год.
