Как путешествие может изменить человека
или города России через окно поезда
Первое сентября. На улице приятный аромат цветов. Нарядные москвичи с букетами торопятся в школы. И без того оживлённые улицы города превратились в одну большую волну из людей. Выезд из гостиницы за три часа до отправления оказался небесполезен. На дорогах были пробки и наш путь затянулся.
Душное такси остановилось у здания Московского вокзала. Здесь народу было не меньше. Шаркающие чемоданы, слова прощания, люди метаются в поисках нужной платформы. Регистрацию мы прошли быстро, получили билеты и отправились к поезду. Почти час мне пришлось наблюдать за кипящей жизнью Москвы. Я сидела у окна, за мной постепенно оживали вагоны. Сюда заваливались запыхавшиеся люди, еле-еле втаскивали чемоданы и кидали на мягкие, пожелтевшие со временем «кровати», свои вещи. Становилось шумно.
Когда вагоны полностью забились пассажирами, поезд тронулся. Пока в окне мелькали сосновые леса, я разглядывала своих соседей. На кровати сверху сидела девочка с книжкой, казалось, больше её самой. На верхней койке напротив расположилась её бабушка. Она села рядом со мной и абсолютно бесшумно, без всякой эмоции на лице пронзала взглядом толстое стекло окна. Рядом стояла мама, болтавшая всё это время с какой-то молоденькой девушкой.
В поезде царила гармония.
Вечер наступил очень быстро.
Следующим утром я проснулась в семь и спать было уже невозможно из-за яркого света солнечных лучей. В поезде тишина. Бортпроводница прошла в другой конец вагона, чтобы заварить себе чай, я попросила налить и мне. Она не отказала и пригласила к себе в уютную «комнатку».
До остановки в Казани ещё два часа. Проводница достала из старого серого комода стопку путеводителей и предложила мне выбрать парочку достопримечательностей из городов нашего маршрута. Первая яркая карточка – Владивосток. Пришлось перебрать стопку, пока под руку не попалась Казань. Этот город был хорошо мне знаком и читать скучные тексты путеводителя желания не было. Я посмотрела картинки.
Так у нас неплохо получилось скоротать время за чашечкой чая.
Потихоньку люди стали просыпаться. Пожилые пассажиры, запах кофе, плачущий ребёнок и с иголочки одетые начальники поезда создавали особую утреннюю атмосферу путешествия.
Мы вышли на платформу и узнали куда идти, чтобы выйти в город. В Казани мы провели целый день. Успели обойти Кремль, покататься на аттракционах (о которых, я, кстати, узнала из путеводителя – не такая уж и плохая штука!), прогуляться по центральной улице и зайти в кофейню. Там я даже поболтала с бариста, который рассказал мне много интересных историй о туристах, приезжающих в город.
Поезд совсем скоро должен был отправиться дальше. Мы добежали до вагона.
Десять вечера. Рельсы стали уползать из-под колёс поезда…
Золотые леса за окном редко разбавлялись серыми домами, которые вот-вот опрокинуться, где-то протекали голубые речки, не успевшие еще наполниться грязью и опавшей листвой. Золото начинала накрывать тьма. Вагоны оживились. Люди без умолку обсуждали свою жизнь и жаловались друг другу на «тяжесть будней».
Я услышала тихую мелодию. Кажется, соседний вагон. Кто-то играл на гитаре. Я дошла до купе номер три, заглянула и увидела молодого паренька. Его кучерявые волосы скрывали лицо, а изящные пальцы умело перебирали струны гитары. Несмотря на свою худощавость, он казался очень привлекательным. У него были приятные черты лица – ярко выраженные скулы и светло-голубые глубокие глаза.
Он играл знакомую всем музыку. Парень тихо запел:
А ты стоишь на берегу в синем платье,
Пейзажа краше не могу пожелать я,
И распахнув свои шальные объятья,
Ласкает нас морской прибой-бой-бой.
Его голос не производил особого впечатления, но лёгкие звуки гитары и шум поезда сливались в красивую мелодию путешествия.
Люди, каждый раз проходя мимо нашего купе, улыбались и подпевали.
Мы пили чай, смотрели как за окном проносятся синие сосны. А потом разговорились, много узнали друг о друге. Парень оказался очень открытым и искренним. Он рассказал мне о своей семье, о старшей сестре, уехавшей учиться в Америку, о карьере музыканта, которую никто не одобрял и о решении сбежать ото всех в другой конец страны.
Разошлись мы только в третьем часу ночи. Некоторые пассажиры выглядывали из своих коек и злобно смотрели на нас. Ничего не поделаешь, мы повеселились на славу.
Кажется, неприязнь тех пассажиров нашла отражение в плохой погоде. На утро был сильный дождь. Тяжелые капли бились о поезд. Тем не менее прогулку пропускать не хотелось, я схватила стопку путеводителей и нашла Новосибирск.
Когда мы вышли в город дождь прекратился и выглянуло солнце. На улицах не было ни души. Пустота. Высокие здания, длинные дороги и ни одного человека. Огромный заброшенный город. Путеводитель был полон фотографий знаменитого Новосибирского зоопарка. Туда мы и отправились первым делом. Увидев его через забор, можно было подумать, что это единственное живое место Новосибирска.
Утро рабочего дня. Почему все эти люди здесь? А работа? Учёба?
Ребята бегали перед животными с большими шарами сахарной ваты, а отдыхающие звери не обращали на них внимания. Взрослые общались на скамейках, посматривая за детьми. Всё казалось таким спокойным.
Чтобы обойти весь зоопарк нам потребовалось часа три, мы очень устали и дошли до ближайшего кафе. Заказали там по бизнес-ланчу и, быстро пообедав, прогулялись по пустому городу.
Близился вечер. Мы чувствовали, что опаздываем.
Едва мы успели шагнуть в поезд, он тронулся.
На следующий день снова пошёл дождь, стёкла залились водой, пейзажи не посмотришь. Стало скучно, и я прогулялась по вагонам.
В поезде было очень тихо и холодно. Люди сидели в своих тесных «комнатках» и пили горячий чай. Единственное, что украшало мрачный поезд сегодня – это наряд бортпроводницы – тёмно-синий костюм и ярко-красный галстук.
В вагоне спереди была семейка с детьми, они увлеклись какой-то игрой и не замечали, что происходит вокруг. В соседнем купе парень-музыкант изучал «самоучитель по гитаре». Остальные спали. Делать больше было нечего.
Я стала возвращаться в своё купе. По дороге увидела сидящую у окна пожилую пару. Их образы были совершенно бесшумны и романтичны.По ту сторону поезда уже виднелись заснеженные холмы и прозрачные воды Байкала, хотя ещё пару часов назад мы стояли у зелёного вокзала Иркутска.
За пять минут до начала выхода пассажиры засуетились, каждый хотел первым вживую взглянуть на эти просторы.
Нудный экскурсовод рассказал нам всю географию, историю, словом, ничего интересного я не услышала. Мы погуляли, прокатились с ветерком на катере, заказали там себе пару пирожных, а, оказавшись на противоположной стороне, сели недалеко от берега. Ко мне подошёл мальчик, который той ночью играл на гитаре. Он сел рядом, ничего не сказав. Так мы молча любовались пейзажем.
Глубокая ночь, я проснулась от стука колёс. Улан-Удэ, поезд стоит. Атмосфера за окном была настолько мрачной, что спать не хотелось совсем. Проснулась не я одна. Люди общались. О чем можно говорить в три часа ночи с незнакомцем?
Действительно, незнакомцем. Я вспомнила долгий разговор с музыкантом. Он доверил мне всю свою жизнь, хотя, быть может, даже не помнит как меня зовут. А ведь нас – пассажиров ничего не связывает, кроме этих двух недель, проведённых в поезде и вряд ли мы ещё когда-нибудь пересечёмся. Наверное, поэтому нам легко довериться друг другу. Наверное, поэтому мы выдаем друг другу свои тайны, достаем с запылившихся полок своей памяти все воспоминания и словно киноплёнку показываем своему собеседнику. Бывает, наши лучшие друзья знают о нас меньше, чем такие случайные знакомые.
Почти девять тысяч километров пути, а за окном все те же русские леса. Иногда мы проезжали через длинные тоннели, весь поезд окутывал мрак, а жизнь в нём на несколько секунд замирала. В этот день нас радовали яркие солнечные лучи. Все были немного измотаны под конец путешествия, но тем не менее атмосфера в поезде оставалась светлой и радостной.
Ещё ночь – и мы в самом восточном городе России.
Наступило утро. Бодрые пассажиры паковали свои чемоданы, заваривали растворимый кофе и дарили друг другу открытки с написанными на обороте номерами.
Мы вышли на платформу. Там нас встретил папа и сообщил, что пару дней мы проведём во Владивостоке.
Пока мы ехали на такси по городу я разглядывала светлые дома. Казалось, что Владивосток – это светлый Питер. Я бывала в северной столице, всё там было серым и холодным. А здесь – будто всё наоборот – жёлтые, розовые невысокие здания, широкие улицы. Ощущалась морская влажность, дул лёгкий ветерок.
В первый же вечер я сбежала из гостиницы и направилась по освещенной жёлтыми фонарями аллее в сторону моря. Оно было спокойным. На улице почти никого. Тихий шум прибоя. Недалеко от меня жгли костер, кто-то играл на гитаре.
Я достала из кармана помятый путеводитель. На первой страничке была яркая фотография высокого моста, светящегося цветами российского триколора на фоне ночного неба. Я подняла голову и увидела в точности ту же картину.
Стоя там – у берега Японского моря, я вспомнила того музыканта-самоучку, шум колёс поезда, ночные разговоры…
О чем думали все эти люди в поезде? Почему решили провести две недели в душной комнате с людьми, которых никогда раньше не видели? Ради чего? Что они ищут?
Отправляясь в путешествие, человек становится свободен, свободен от своих рутинных дел, от своего окружения, от своих мыслей. Другой мир, мир поезда, новых людей, природы не знает тебя, и ты стремишься отдать ему всё, что имеешь и взять всё, что есть у него. В путешествии все мы становимся одним целым и в то же время частью друг друга. В путешествии мы обретаем внутреннюю гармонию, вдохновляемся, мы становимся безграничными…
