Девочка в голубом платьице в горошек
Кто скажет мне, что я не воевал?
Что я не заслужил своей страны победу.
Что был по возрасту я слишком мал
И что цены не знаю фронтовому хлебу…
1943 год.
– МАМА, ГДЕ ТЫ МАМА?! – из глаз маленькой девятилетней девочки лились горькие слезы. Она бежала в одном лишь платьице голубого цвета и в белый горошек. Мама сшила его Кате на день рождения. Бежала по улицам города, хотя и городом его сложно было назвать. Повсюду развалины, котлованы от взрывавшихся снарядов, кровь и люди, люди. Раненые, убитые, убитые варварами.
Катя искала свою маму среди развалин. Когда они были вместе, вдруг с неба упал снаряд и они оказались по разные стороны. Катя потеряла сознание. А когда она очнулась, матери уже не было рядом. Девочка что есть силы закричала. Но лишь очередь с автоматов посыпалась в ответ. Она никого не видела, перед ней громоздились развалины хлебного магазина. Рядом с ней полыхал огонь, силы покидали ее. Вдруг она услышала вдали знакомый душераздирающий голос. «Немцы. Они схватили ее?» – эти мысли с тревогой вонзились в ее сердце.
– Не-е-ет, отпустите меня! У меня ничего нет! – продолжал умолять женский голос. В ее голосе звучали боль и отчаяние!
Катя побежала на этот голос, подходя всё ближе и ближе замедлилась, чтобы перевести дух и собраться с мыслями. Девочка, кроха девяти лет, а стояла и собиралась мыслями. Можно ли себе представить, что ребенок, в таком возрасте будет стоять и делать выбор: жизнь или смерть. Но она выбирала.
Она подошла еще ближе, чтобы увидеть, что происходит. Но то что она увидела повергло, её в замешательство. Её мать мучали двое мужчин в военной форме, говорили они не на русском языке, смеялись. Острием ножа рисовали на ее спине. У женщины не было сил ни плакать, ни сопротивляться. Она увидела дочь, которая приближалась к ним, ей нужно было остановить ее любыми путями. Взглядом указывая в укрытии велела бежать. Сама стала кричать о боли, чтобы дать возможность незаметно убежать дочери.
Но девочка сделала выбор. Хотя женщина кричала, умоляла отпустить, а немцы продолжали смеяться, маленькая Катя сделала шаг вперед. А мысли сбивались в голове: «Что мне делать? Как ей помочь?». Вдруг она заметила большой камень. Она подкралась ближе и бросила, изо всех сил, что были у этой крохи в голубом платьице, в одного из фашистов. Камень попал прямо в голову. Их наглый смех остановился, и они обернулись. Они увидели маленькую девочку. Женщина завыла от страха за свою дочь
Катя стояла, как маленький зверек, которая была готова защищаться, не показывая эмоций. Она держалась с трудом, но показывать страх не хотела. И у неё это прекрасно получалось. Она стояла, гордо подняв голову вверх, в её глазах читалось мужество. Она смотрела прямо немцам в глаза. Ей было страшно. Очень страшно. Но она держала себя в руках.
Посмотрев на эту девочку, немцы пришли в легкое замешательство. Но вскоре переглянулись и злорадно захохотали.
– Was für ein lustiges Mädchen, Peter findet die Frau heraus! «Какая забавная девочка, Питер разберись с женщиной». Один из немцев шагнул в сторону Кати. Мать отчаянно заревела, прокричала в последний раз: «Беги!». Прогремел выстрел. По лицу женщины заструилась алая кровь. Женщина упала замертво. Бездыханное тело, осталось лежать на земле. На лбу женщины была дыра, а кровь так и бежала из нее.
Девочка быстро пришла в себя, и пока немец перебирался через руины, она быстро скрылась в укрытии, в котором был подземный выход. Она бежала, бежала не оглядываясь. Слезы комом давили ее грудь. Она не могла расплакаться, это было равнозначно смерти. Заплакать, значит умереть. Такие мысли крутились в голове девочки, пока она бежала в безопасное место. Немец не стал долго гнаться за девочкой. Он понимал, что маленькая девочка не угроза для них. И что она в любом случае погибнет.
Она бежала долго, не оборачиваясь, не зная, куда бежит. Катя в любой момент могла оказаться в руках фашистов. Всех, кого она знала, погибли. Городок был полон немцами.
Её мать убили. Её единственный, родной человек, умер на ее глазах. Они сделали это на глазах ребенка. Слезы горькой струей невольно начали обжигать ее румяные, но измазанные грязью, щеки. Глаза горели, в них теперь остался отпечаток: мертвая мать и дыра на лбу. Кате не хотелось верить в то, что это правда. Неужели это конец?
Дикий смех немцев эхом раздавался в голове маленькой девочки. Эти чудовища кричали ей что-то в след, но она не слышала больше ничего. Слезы на глазах, затуманили свет, всё вокруг было размыто.
Ноги предательски начали гудеть. Катя решила остановится и перевести дыхание. Оглянувшись по сторонам, она поняла, что потерялась: «Куда это я забрела?» – пронеслось в мыслях у девочки. Она не знала этой местности.
Вдруг где-то рядом хрустнула ветка. Катя напряглась, в её душе бушевал ураган. Оглянувшись по сторонам, она заметила чью-то фигуру, невысокого роста. Приглядевшись она увидела мальчишку, лет 14-ти. Серая одежда на нем была неприметной. Рост был примерно 165. Волосы были не большой длинны, светло русого цвета.
Катя испугалась. Она шагнула назад, ветка под ней издала не громкий хруст. В этот момент сердце застучало быстрее. Парнишка резко обернулся. Перед его глазами стояла заплаканная девятилетняя девочка, одетая в легкое платье, которое закрывает полностью руки и шею. Платье было нежно голубого цвета в горошек, но из-за пережитого оно было испачкано.
Парнишка с облегчением выдохнул, и подошёл к девочке. Та лишь тряслась от страха и не могла двинуться с места.
– Эй, девочка ты кто? – голос парня был грубым, но он спросил это с долей заботы.
– Я… Я – Катя! – не сдержав дрожи в голосе ответила девочка.
– М..мою маму у..уббили н..немцы и… . Катя заикалась от страха и на последних словах просто не смогла сдержать горьких слез. В памяти сразу появилась картина мёртвой матери.
Парнишка осторожно подошёл к девочке:
– Катя, не волнуйся всё будет хорошо, подойди ко мне — мальчик осторожно начал подходить, раскрывая руки для объятий. Девочка тут же кинулась к нему. Она прижалась к мальчику, как к последнему родному человеку. Ей было страшно.
– Не плачь, сейчас ты в безопасности. Меня, кстати, Серёжа зовут!
Он улыбнулся, посмотрев в глаза девочки. Тут Катя заметила его добрые зеленые глаза. Для Кати они были спасением. Чувство подсказывало: «Ему можно доверять!». Минуты через две, они разомкнули руки. Катя немного успокоилась и уже не плакала. Сережа был из партизанского отряда. Он был в лесу с заданием: он должен был разузнать, где расположилась немецкая свора. На обратном пути он встретил Катю. Они тут же направлялись к своим. По дороге Серёжа и Катя разговорились. Правда, громко говорить они не могли. Серёжа рассказывал, как помогает старшим товарищам. Также рассказал, как немцы убили и его родителей. Но потом пришли русские солдаты. Он и еще несколько мальчишек остались помогать нашим.
Когда они подошли к лагерю, к ним навстречу вышли двое мужчин.
– Петрович, гляди ка, Серёжка идёт, но не один. Мужчина с черными густыми усами в форме начал присматриваться к идущим навстречу детским фигурам.
– И правда, девочка какая-то! – ответил его товарищ с доброй улыбкой на лице. Они подошли к мужчинам. Сережа доложил о возвращении. Катя крепко держалась за рубаху мальчишки.
– Добрый день, товарищ Борис Петрович! Я.
– Серёжа, ну чего как не родной! Я уже говорил тебе! – вдруг перебил парнишку мужчина с черными усами.
– Извините, дядя Боря. Мы можем отойти? – голос парня звучал сдержано и серьезно.
– Да, конечно! – ответил Борис Петрович.
Сережа и дядя Боря отошли в сторону. Катя в это время сидела и наблюдала за ними. Потом ее вниманье привлек лагерь, в котором расположились солдаты. Но не все были в военной форме. Кто-то из них были партизанами. Сережа один из них. Неподалёку тлел костёр, а над ним висел котел с похлебкой.
– Ты, наверное, голодна! – вдруг неожиданно заговорил мужской голос. К Кате подошел второй мужчина, который их встретил вместе с Борисом Петровичем. Он усадил Катю и подал ей миску с едой. Катя жадно началась уплетать похлебку, прикусывая черным хлебом. Ведь она даже не помнит, когда ела в последний раз горячую пищу.
В это время Сережа докладывал Борису Петровичу.
– В город пока не подступиться. Наших нет. Ходил в деревню, неподалёку, там были замечены фашисты.
– Были здесь! – парень ткнул пальцем в карту.
– А вот здесь – палец перешёл по карте и остановился в лесу, – я нашёл эту девочку.
– Вон оно что! Ты был осторожен? – нахмурился Борис Петрович.
– Конечно! – ответил Сережа, ведь не в первый раз на задании.
– Ну что ж, познакомь меня с находкой! – мужчина по званию дядя Боря с Серёжей подошли к Кате. Мужчина присел на корточки перед Катей.
– Как же зовут такую красавицу? – с заботливой улыбкой спросил мужчина
– Катя..! – всё еще недоверчиво ответила девочка.
– А меня зовут Борис Петрович, но ты можешь называть меня Дядя Боря.
Она в ответ лишь мило улыбнулась.
– Теперь это и твой дом, будешь помогать нам, а мы тебе, пока мы не найдем способ тебя отправить в приют. Мужчина встал и аккуратно потрепал макушку девчонки.
– Как же ты пережила такое, доченька? Он с горечью посмотрел на маленькую девочку, не выдержал и крепко обнял ее. Дядя Боря думал, как же ее отправить в безопасное место. Ведь девочке девяти лет нельзя было оставаться с ними. Да и отправить никуда не мог, всюду немцы, а подкрепления нет.
Катя никуда не хотела уходить. За несколько дней она привязалась ко всем. Вместе с ними Катя провела полгода. Её много раз хотели отправить в приют, к таким же детям, но та, наотрез отказывалась. Ей нашли теплую одежду. А тетя Вера, которая была медсестрой, приютила девочку у себя. Катя иногда вместе с Сережей могла ходить на задание. Но не часто. Она была очень ловкая и внимательная. За этот год она многому научилась у Сережи и у тети Веры. Сначала всё были против ее выходов на задания, но она так хорошо справлялась, что не раз выручала своих спасителей.
Однажды на задании Сережа чуть не столкнулся с немцами, но сообразительность Кати вызволила его из беды. С Серёжей девочка очень хорошо сдружилась, они часто были вместе и помогали друг другу.
Однажды немцы обнаружили укрытие наших солдат и окружили их.
– Катя, Катя, вставай! Мы попали в окружение! — Серёжа тряс девочку, что тихо посапывала во сне. Глаза Кати разомкнулись, слышалось всё эхом и видимость была мутная. Услышав взрывы снарядов, девочка вскочила.
– Что случилось? — обеспокоено, спросила девочка, потирая глаза руками.
– Немцы нашли нас, бежим скорее!
Мальчик с девочкой выбежали из дома. Выйдя, дети уставились на горящие дома и деревья рядом. Где-то лежали пару мёртвых солдат. Катя встала как вкопанная. Перед ней лежало бездыханное тело солдата с кровавой дырой на лбу. В память сразу же пришла мать. Как бы девочка не сдерживала себя, слезы катилась по детской щеке. Всё снова слышалось эхом.
Но тут Катя поняла: надо собраться. Собравшись с мыслями, она услышала, как Серёжа кричит ей что-то. Быстро смахнув слезу с щеки, девочка побежала в след за мальчишкой.
Дядя Боря командовал серьезно и решительно. Боевых запасов было немного. Приказано экономить патроны, не стрелять в воздух. Атаковать только тогда, когда уверен.
– Дядя Боря приказал Сереже, забрать Катю и бежать в укрытие, там притаиться и ждать, когда закончится бой. Сережа быстро взял за руку девчонку, и они побежали. Добежав в укрытие Сережа сказал, что должен помочь остальным и что каждая душа на счету. Кате в руки сунул пистолет и велел быть осторожной. Как пользоваться он научил ее почти сразу после знакомства. «На войне все должны уметь защищать и защищаться», – говорил он. Катя уверенно взяла в руки пистолет и положила его себе за пазуху.
Стало смеркаться. Звуки выстрелов стали стихать. Бой длился несколько часов. Все стихло. Катя не находила себе места. Сердце ее металось. Никто не появлялся. Вдруг послышались шорохи. Появилась знакомая фигура. Катя услышала знакомый голос. Но в голосе Катя почувствовала ноющую боль. Сережа был ранен в ногу. Катя быстро перевела дух и перевязала рану. Кровотечение остановили. Но вскоре послышались голоса. Это были немцы. Стало понятно, они тоже искали укрытие. Их было трое. Один из них ранен.
Катя и Сережа держали руки на пистолетах. Нужно было действовать быстро и без замедления. Хотя немцев было больше, но у Кати с Сережей было преимущество. Те не знали об их присутствии. И третий был тяжело ранен. Одного из них узнала Катя. Именно он полгода назад так жестоко расправился с его матерью. Она никогда не забудет этого. И поэтому никакой жалости и быть не могло. Она была очень решительна. Выстрелы прозвучали почти одновременно. Катя стреляла прямо голову. Когда оба немца упали замертво, Катя оцепенела. Она не могла двигаться. По лицу противника струей потекла алая кровь. Сережа был более спокоен. Он аккуратно взял ее пистолет и обнял ее. Вдруг снаружи снова началась перестрелка. Но почему-то появилась надежда, что все закончилось…
Послышалось громкое «Ура!» наших солдат. Прорыв. К нам подошло подкрепление. Во время шума дети совсем было забыли про раненого немца. Он был без сознания. И вдруг услышали его стоны в темноте. Сережа уже было схватился за пистолет, но вдруг увидел офицерский мундир и погоны. Это был очень важный немец. Дети привязали его крепче и вышли из укрытия. Подойдя к деревне, там увидели русских солдат. Многие пришли сегодня ночью. Из лагеря наших осталось немного. Борис Петрович был тяжело ранен. Сережа подошел к командиру. Доложил о случившемся в укрытии. Несколько солдат тут же отправились туда. Действительно. Там оказался офицер, который обладал важной информацией. И он мог быть очень полезен. Его оставили в живых.
Бой закончился. Детей отправили в безопасное место. После этого прошло два месяца.
Катя тихо сидела у окна и рисовала на окне солнце. Эта маленькая девочка, в свои 10 лет увидела, то чего мы даже в страшном сне увидеть боимся. Она же переступила через смерть и страх. И что самое страшное, она такая была не одна. Таких детей по всей стране было не счесть, которые смотрел смерти в глаза. А сколько детей остались навечно детьми, кто не узнал настоящий вкус жизни. На их долю выпал только горький кусок.
За окном вдруг забегали ребята, по дороге проехал танк с алым знаменем, развивающимся на ветру. Дети и женщины бросали цветы. Объявили: «Война закончилась!».
В дверь постучались. Катя побежала открывать дверь. На пороге стоял Борис Петрович, опираясь на костыли. За ним показалась русая голова Сережи…
