ПРОБЛЕМЫ РАССМОТРЕНИЯ СУДЬЯМИ ДЕЛ, СВЯЗАННЫХ С МОШЕННИЧЕСТВОМ В СФЕРЕ КОМПЬЮТЕРНОЙ ИНФОРМАЦИИ

ПРОБЛЕМЫ РАССМОТРЕНИЯ СУДЬЯМИ ДЕЛ, СВЯЗАННЫХ С МОШЕННИЧЕСТВОМ В СФЕРЕ КОМПЬЮТЕРНОЙ ИНФОРМАЦИИ

Аннотация. В статье анализируются проблемы судебной практики, возникающие при применении ст. 159.6 УК РФ «Мошенничество в сфере компьютерной информации», в частности, рассматриваются примеры из судебной практики, связанные с проблемами квалификации и отделения мошенничества в сфере компьютерной информации от кражи. Также высказываются предложения по совершенствованию правоприменительной практики по ст. 159.6 УК РФ.

Ключевые слова: мошенничество, мошенничество в сфере компьютерной информации, кража, хищение, квалификация, судебная практика, проблемы правоприменительной практики.

Annotation. This article analyzes the problems of judicial practice that arise when applying article 159.6 of the Criminal Code of the Russian Federation «Fraud in the field of computer information,» in particular, examines examples from judicial practice related to problems of qualification and separation of fraud in the field of computer information from theft. Proposals are also made to improve law enforcement practice under Art. 159.6 of the Criminal Code.

Keywords: fraud, fraud in the sphere of computer information, theft, plunder, qualification, judicial practice, problems of law-enforcement practice.

Мошенничество — одно из наиболее традиционных и распространенных форм преступления против собственности, послужившее основой для всестороннего практического и теоретического изучения этого явления в науке уголовного права. Однако цифровизация определённых социальных установок и глобализация, как причина удешевления и, как следствие, доступности автоматизированной обработки (передачи) данных, привели к умеренному росту пользователей электронной техники различных типов, что логично, так как связи с общественностью всегда в динамике. Адаптация и некоторые преобразования характерны в развитии отношения, поэтому мошенники быстро адаптировали и освоили новые методы и виды мошенничества, придавая ему все более виртуальный вид.

Федеральным законом от 29 ноября 2012 года УК РФ дополнено шестью новыми составами о мошенничестве, одним из которых стала ст. 159.6 «Мошенничество в сфере компьютерной информации».

Особенность мошенничества, в отличие от других форм хищений, предусмотренных в гл. 21 УК РФ, заключается в том, что под воздействием обмана или злоупотребления доверием, потерпевший сам передает свое имущество преступнику. Мошенничество в сфере компьютерной информации совершается путем ввода, удаления, блокирования, изменения компьютерной информации или иного вмешательства в работу средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации или информационно-телекоммуникационных сетей.

Важно рассмотреть проблемы разграничения преступлений, предусмотренных ст. 159.6 УК РФ, от одного из преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 272 УК РФ, а именно от незаконного доступа к компьютерной информации, совершенного из корыстной заинтересованности, или об их отнесении к совокупности преступлений. Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», мошенничество в сфере компьютерной информации, совершенное путем незаконного доступа к компьютерной информации или путем создания, использования и распространения вредоносных компьютерных программ, требует дополнительной квалификации по статьям 272, 273 или 274.1 УК РФ.

Но в комментарии к УК РФ под редакцией В. М. Лебедева говорится, что «в случаях, когда неправомерный доступ к компьютерной информации и перехват информации (например, с пластиковых платежных карт посредством копирования) является способом хищения денежных средств, квалификация по ч. 3 ст. 272 УК является излишней». Видимо, в данном случае под корыстными интересами следует понимать желание лица путем совершения противоправных действий получить для себя или других лиц прибыль имущественного характера, не связанную с незаконным свободным обращением имущества в его пользу или в пользу других лиц. Это обстоятельство (отсутствие обращения имущества в свою пользу) позволяет отличить этот состав от различных высокотехнологичных краж, где имущество апеллирует в пользу самого человека. При этом формулировка, данная Пленумом ВС, отражает определенную тенденцию, отмеченную даже в поправках, принятых в 2017 году, но чуть ранее, к постановлению «О судебной практике по делам о краже, грабеже, разбое». Так, согласно этим поправкам, уничтожение или повреждение замков, дверей, другого имущества, совершенное при незаконном проникновении в квартиру или жилище, теперь можно квалифицировать как сочетание кражи и умышленного уничтожения или повреждения чужого имущества, что было запрещено в предыдущей редакции этого указа. На наш взгляд, такой поворот в судебной практике поднимает гораздо более широкие вопросы, чем просто квалификация деяний, предусмотренных статьями 158 и 167, а также 159.6 и 272 УК РФ в совокупности. В частности, это вопрос о том, сохраняется ли в российской системе права закон конкуренции «части и целого», в соответствии с которым, если совершённое преступление подпадает под две нормы уголовного законодательства, одной из которых предусмотрена ответственность за часть совершённого деяния, а другая – за деяние в целом, то преступное деяние необходимо квалифицировать по норме, которая охватывает признаки совершённого деяния более полно.

В дополнение к вышесказанному следует отметить определенную положительную тенденцию в плане ужесточения наказания за указанные деяния. Так, в частности, законодатель исправил ряд допущенных изначально ошибок. Первый из них был связан с недооценкой санкции за совершение этого преступления. А.В. Архипов справедливо указал, что сокращение максимального срока наказания за деяние, требующее гораздо большей профессиональной подготовки со стороны субъекта преступления, способствовало бы его совершение, а не предотвратило бы его. В результате законодатель принял ряд поправок: сначала в 2016 году, когда повысилась санкция за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159.6 УК РФ (совершение деяния группой лиц по предварительному сговору, а равно причинение значительного ущерба гражданину), а затем в 2018 году, за наказание по ч. 3 ст. 159.6 УК РФ. На данный момент такое положение дел сохраняется только в ч. 1 ст. 159.6 УК РФ.

Еще одной проблемой стал иной расчет суммы ущерба при совершении этих преступлений. Первоначально примечанием к ст. 159.1 УК РФ была введена повышенная, по сравнению с суммами, указанными в примечании к ст. 158 УК РФ, сумма крупного и особо крупного ущерба: 1 500 000 рублей вместо 250 000 рублей за крупное и 6 000 000 рублей вместо 1 000 000 рублей за особо крупное хищение. Из этой заметки были исключены поправки, принятые в апреле 2018 года, «высокотехнологичные» формулировки мошенничества. Мы оцениваем принятые поправки с положительной стороны.

В то же время неясно, почему при исправлении изначально явных ошибок требовалось внести множество исправляющих их поправок.

Похоже, что после признания в 2014 году статьи 159.4 УК РФ, в которой наиболее четко выражены все вышеупомянутые проблемы, не соответствующей Конституции Российской Федерации, санкции всех специальных составов должны были быть приведены в соответствие с санкциями основного состава, а крупные и особо крупные размеры хищений должны определяться единообразно для всех видов хищений.

Наиболее распространенным способом совершения преступлений в сфере компьютерной информации является совершение преступления с использованием вредоносного программного обеспечения, установленного на устройстве жертвы. Так, в частности, Советским районным судом г. Казани Тазиев, Смирнов и Кулаев были осуждены за совершение ряда действий при следующих обстоятельствах. На смартфоны жертв было установлено вредоносное программное обеспечение, которое позволяет отправлять SMS-сообщения без ведома пользователя. Посредством этой программы отправлялись сообщения, представлявшие собой, по сути, команды перевода средств на счет, ранее открытый на подставном лице. Органы предварительного следствия квалифицировали деяние как кражу (ст. 158 УК РФ), но суд переквалифицировал его на мошенничество в сфере компьютерной информации. Апелляционная инстанция подтвердила выводы суда первой инстанции, справедливо указав, что, несмотря на отсутствие в описании действий злоумышленников слов «ввод», «модификация», «блокировка» компьютерной информации, эти понятия по сути были раскрыты.

Это решение суда следует признать верным. Так, например, использование вредоносного программного обеспечения для отправки SMS-сообщений без ведома пользователя (даже если она не была известна самому добросовестному пользователю) является вводом определённой информации; в свою очередь, действия этой программы по удалению отправленных сообщений с целью сокрытия их деятельности от пользователя являются, со всей вероятностью, уничтожением компьютерной информации. Таким образом, верны решения судов, правильно квалифицировавших деяние как мошенничество в сфере компьютерной информации. При этом следует отметить, что некоторые правоохранители неохотно квалифицируют деяние по этой статье, склоняясь больше к «традиционным» составам хищений, таким как кража и классическое мошенничество.

Также представляется, что именно по ст. 159.6 УК РФ должны быть квалифицированы деяния, связанные с использованием «троянцев-вымогателей», которые либо блокируют экран устройства, либо шифруют файлы пользователя с целью последующего требования выкупа. При этом способ совершения преступления будет заключаться в блокировке компьютерной информации. Возможное отсутствие мошенничества или злоупотреблений не будет помехой, так как, как упоминалось ранее, компьютерное мошенничество является особым видом хищения. Кроме того, в этом случае возможна дополнительная квалификация по ст. 273 УК РФ, так как само создание вредоносного программного обеспечения не входит в описание способа совершения деяния, предусмотренного ст. 159.6 УК РФ.

Таким образом, резюмируя вышеизложенное, мы можем прийти к следующим выводам:

— деяние, предусмотренное ст. 159.6 УК РФ, является не мошенничеством в классическом понимании, а новым составом хищения, обусловленным другим способом совершения данного деяния;

— повышение наказания за совершение данного деяния должно быть положительно оценено, как и отмена специального исчисления размера ущерба в связи с данным деянием;

— необходимо провести более широкое обсуждение наметившейся тенденции, в соответствии с которой Верховный суд рекомендует квалифицировать по совокупности части деяния и целого, в том числе в отношении деяний, упомянутых в ст.ст. 159.6 УК РФ и 272 УК РФ;

— разграничение деяния по ст. 159.6 УК РФ от смежных составов (ст. 158 и 159 УК РФ) должно быть выполнено в соответствии со способом совершения деяния. Если завладение денежными средствами произошло непосредственно в результате ввода, модификации, удаления, блокирования, то это деяние должно быть квалифицировано по ст. 159.6 УК РФ.

Список использованных источников

1. Нормативные правовые акты

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020) // Российская газета от 4 июля 2020 г. N 144.
2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 11.06.2021) // Собрание законодательства Российской Федерации от 17 июня 1996 г. N 25 ст. 2954
3. Федеральный закон «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 29.11.2012 N 207-ФЗ (с изм. и доп. от 3 июля 2016 г. N 325-ФЗ) // Собрание законодательства Российской Федерации от 3 декабря 2012 г. N 49 ст. 6752.
4. Федеральный закон «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации» от 23.04.2018 N 111-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации от 30 апреля 2018 г. N 18 ст. 2581

1. Основная и специальная литературы

1. Архипов А.В. Ответственность за хищение безналичных и электронных денежных средств: новеллы законодательства / А.В. Архипов // Уголовное право. — 2018. — № 3. — С. 4 — 9.
2. Иващенко Н.Д. Мошенничество в сфере компьютерной информации: проблемные вопросы / Н.Д. Иващенко // Столица науки. — 2020. — № 6. — С. 269-276.
3. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: в 4 т. (постатейный) / А.В. Бриллиантов, А.В. Галахова, В.А. Давыдов [и др.]; отв. ред. В.М. Лебедев. — М.: Юрайт, 2017. — Т. 3: Особенная часть. Раздел IX. — 298 с. 
4. Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений / В.Н. Кудрявцев. — 2. изд., перераб. и доп. — М.: Юрист, 2019. — 301с.
5. Куликов А.В. Мошенничество в сфере компьютерной информации / А.В. Куликов, Е.А. Куц // Известия тульского государственного университета. — 2020. — С. 81-88.

III. Материалы судебной практики

1. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 N 29 (ред. от 16.05.2017) «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» // СПС «Консультант Плюс».
2. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 N 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» // СПС «Консультант Плюс».
3. Апелляционное определение Советского районного суда г. Казани от 12.05.2021 по делу № 22-1652/2021 // http://sovetsky.tat.sudrf.ru/modules.php?name=press_dep&op=1&did=514