Михаил Матвеев. Предводитель небесного войска.
Шел далекий 1922 год. В одном тихом селе, что раскинулось в Бокурском районе Саратовской области, в семье простых крестьян родился сын. Он был четвертым, самым младшим. Кроме него в семье росли еще два сына и дочь. Родители были людьми простыми, верующими. Соседка баба Нюра посмотрела на мальчика и сказала:
— Мишкой назовите! Его это имя. Оно ему на роду написано. Будет предводителем небесного войска.
Родители не стали перечить соседке, молва ходила, что она заговоры всякие знает и судьбу предсказывает. Назвали сына Михаилом. Тогда они и не догадывались, что имя, данное сыну при рождении, предначертает его дальнейшую судьбу.
С детства Михаил рос в любви и заботе, последний же. Потому и послабления у него в работе были. Старшие братья в поле с отцом целый день, сестра от них не отставала, а Миша около матери вьется, да рассказы ее слушает о святых разных, о битвах добра и зла. Наслушается рассказов и бегом в поле. В траву упадет, глаза раскроет и смотрит, смотрит… Словно увидеть чего хочет. А уж как подрастать стал — глаз от него отвести нельзя было. Широкий в плечах, русые волосы как спелая пшеница, а глаза… Глаза голубые-голубые, словно небо. Стали деревенские девчонки на Михаила заглядываться. Да ему это не интересно было. Отмахивался все от них.
Шло время. Грянула Великая Отечественная война. Михаил, молодой, полный сил и надежд, не мог оставаться в стороне в тяжелое для страны время. Услышав по радио призыв Родины, он, как и старшие братья, ни минуты не раздумывая, отправился в военкомат. Сердце часто-часто билось в его груди от желания защитить своих близких, свой дом.
В душном помещении военкомата было много людей. Стояли и парни и девушки. Все шли на фронт. Среди них он увидел и свою сестру. Ничего не сказал Михаил, понимал, что фронту каждый человек нужен, каждые руки сгодятся. Когда подошел его черед, он шагнул к столу, где сидел пожилой военком с усталыми, но добрыми глазами.
— Кто такой? – спросил военком, не поднимая головы.
— Матвеев я! – ответил Михаил твердым голосом.
— А имя у тебя есть? Лет тебе сколько? — прозвучал второй вопрос.
— А как же! Михаил. А лет мне уже 19. — последовал ответ.
Военком поднял глаза и внимательно посмотрел на лицо молодого добровольца. Он увидел перед собой простого деревенского парня. Но вот его глаза… пронзительно голубые глаза. Военком усмехнулся. Не с насмешкой, а по-доброму.
— Ну, Матвеев Михаил, с такими глазами, как у тебя, только в небе летать. Пойдешь на фронт летчиком. Согласен?
Согласен? Он, простой деревенский парень Матвеев Михаил согласен ли быть летчиком? Там, дома, лежа в траве и наблюдая за небом, он о таком даже мечтать не смел.
— Согласен, товарищ военком! Еще как согласен! — радостно воскликнул Михаил.
— Иди же, чего стоишь! Небо тебя ждет, сынок. Не подведи его! — улыбнулся военком.
Михаил выбежал из военкомата, побежал на знакомый с детства луг, упал в траву и вновь посмотрел ввысь. Тогда он впервые почувствовал, что все это огромное небо – его.
И началась для Михаила новая жизнь. В учебном центре с первого же его ждали каждодневные долгие и изнуряющие тренировки. Нужно было научиться управлять машиной, освоить стрелковую и парашютную подготовку, изучить метеорологию и теорию полета, совершить тренировочные полеты. Михаилу все давалось легко, казалось, что он как будто создан для неба. Вскоре он стал одним из лучших пилотов.
В июне 1942 года Михаил попал в 227-ую штурмовую авиационную дивизию. Его определили в эскадрилью опытного капитана Скворцова Степана Андреевича. Степан Андреевич с недоверием посмотрел на вновь прибывшего молодого летчика.
— Откуда такой будешь? — спросил он охрипшим голосом.
— Саратовская область, — ответил Михаил. По его спине пробежал холодок. Подумалось – отнесутся ли к нему серьезно? Доверят ли важные задания.
— А не слишком ли ты молод, чтобы летать? С машиной справиться-то сможешь?
— Конечно смогу, даже не сомневайтесь! — уверенно ответил Михаил. Но внутри у него чувствовалась какая-то тревога.
— Ну, тогда посмотрим… А ну-ка, марш на тренировочный полет. Поглядим на тебя в деле.
Михаил подошел к самолету. Знакомый по учебке Ил-2. На таком он и совершал свои первые шаги в авиации. Рядом суетливо бегал молодой парнишка – механик. Он с недоверием посмотрел на Михаила.
— Тебе лет-то сколько? Ты хоть знаешь, с какой стороны в кабину попасть?
— Не переживай, сейчас попаду!
Михаил одним ловким движением подпрыгнул и оказался в кабине самолета. Как только руки легли на штурвал, сразу вспомнилось все, чему его долго и упорно учили. Все страхи и сомнения вмиг развеялись. Он пристегнул ремни и проверил приборы.
— Михаил Матвеев к полету готов, — отрапортовал он.
К самолету подошел Степан Андреевич.
— Ну, раз готов, тогда поехали!
Тренировочный полет для Михаила был напряженным. Степан Андреевич, желая проверить реакцию Михаила, то и дело давал разные команды по рации. Команды менялись так часто, что иной раз и подумать не успеешь, а Михаил их тот час же выполнял. Пот стекал по вискам, но его лицо оставалось серьезным и напряженным. И вот, наконец, прозвучала команда «Отбой!» и Михаил посадил самолет на аэродром.
— Хорош, ничего не скажешь, — проговорил Степан Андреевич и пожал Михаилу руку – Добро пожаловать, Михаил Матвеев из Саратовской области. Сработаемся!
В тот момент Михаил знал, что первый шаг сделан, он почувствовал, что сможет быть полезным своей стране, своей Родине.
Утро 15 декабря выдалось морозным и снежным. Экипаж под руководством капитана Скворцова получил новое боевое задание и готовился к вылету. В составе экипажа был и Михаил. Полет усложнялся сильным снегопадом, но в таких условиях летчики уже летали, и не раз. Первые несколько минут полета были спокойными. Но вдруг сквозь стену идущего снега за ними вынырнули два немецких истребителя.
— Внимание! Внимание! Справа два вражеских самолета! – уверенным голосом произнес в переговорное устройство Михаил.
— Вижу, вижу! Никуда не денутся, голубчики! Сейчас мы их! — ответил капитан и начал плавно разворачивать самолет. Михаил не растерялся, из своего пулемета он открыл огонь по самолету противника. Каких-то нескольких минут и один из выстрелов попал в двигатель и немецкий истребитель начал терять высоту. И в этот же момент Михаил почувствовал острую боль в районе плеча. Кровь стала проступать сквозь его бушлат, в глазах помутнело. Понимая, что его ранили, Михаил собрался и начал искать глазами второй истребитель. Не смотря на боль, Михаил продолжал отстреливаться. Теряя сознания, он все же смог попасть в кабину пилота и вывести самолет из строя.
Очнулся Михаил на больничной кровати в госпитале. Рядом стоял Степан Андреевич.
— Живой? Слава Богу! Мы думали, что потеряли тебя. Ну что, Михаил Матвеев, объявляю тебе благодарность от командования.
— Спасибо, товарищ капитан, — чуть шевеля губами прошептал Михаил.
— Ну ладно, ладно, отдыхай и возвращайся в строй, — сказал Степан Андреевич.
Благодарность, благодарность… Михаил вновь и вновь шептал эти слова. В тот момент он испытал необычное для него чувство. Ведь это было больше того, что он мог ожидать.
— Небо…Спасибо тебе! – прошептал он чуть громче.
С сентября 1943 по декабрь 1944 года Михаил произвел 30 успешных боевых вылетов в качестве воздушного стрелка. Каждый его вылет — это проявление выдержки, храбрости и отваги. 25 января 1944 года Михаил Матвеев получил новое боевое задание, поднял самолет в небо и совершил свой последний полет. Выполняя задание, он больше не вернулся. Его самолет не приземлился на аэродроме ни в этот день, ни через неделю, ни через месяц, а командир эскадрильи с болью в сердце сделал в журнале запись — «Матвеев Михаил Герасимович, уроженец Саратовской области. Пропал без вести».
Для всех членов эскадрильи Михаил Матвеев навсегда остался тем юным, простым пареньком с глазами цвета неба, который защищал свой дом и своих близких. Тридцать успешных боевых вылетов – это свидетельство его героизма. А последний вылет Михаила – это напоминание о той цене, которую пришлось заплатить за наше мирное небо.
