Кокарева Зоя Александровна, старший методист АОУ ВО ДПО «Вологодский институт развития образования», канд. пед. наук, доцент
Педагогические кейсы как средство совершенствования психолого-педагогической и коммуникативной компетенций учителя.
Структура кейса.
1.Аннотация, в которой указаны формируемые психолого-педагогические компетенции, лежащие в основе выполнения трудовых функций, закрепленных в профессиональном стандарте «Педагог»:
2.Задачи для педагогов.
3.Рассказ, в котором изложена педагогическая ситуация.
- Мнение эксперта.
Кейсы предлагаются для использования в методической работе с педагогами, при подготовке к проведению педагогических советов, корпоративной учебы, в плане самообразования.
Кейсы также могут быть использованы в работе с молодыми специалистами.
Кейсы будут полезны будущим педагогам, студентам профессиональных образовательных организаций.
Кейс №1 « Как подготовить прекрасный урок?»
Аннотация.
В рассказе «Прекрасное близко!» описана ситуация подготовки учителя к открытому уроку, долгий поиск эмоционально значимого содержательного аспекта урока, носящего яркий воспитательный характер, внезапный момент озарения, и чудесное воплощение замысла урока. С помощью этого кейса можно оценить прогностические умения учителя, эмоциональный интеллект педагога, предметную компетенцию, сформулировать рекомендации для профессионального совершенствования. Данные психолого-педагогические компетенции лежат в основе выполнения трудовых функций, закрепленных в профессиональном стандарте «Педагог»:
Трудовое действие в рамках трудовой обобщенной функции «Обучение»: планирование и проведение учебных занятий;
Трудовое действие в рамках трудовой обобщенной функции «Воспитательная деятельность» ( Профессиональный стандарт «Педагог»): Проектирование ситуаций и событий, развивающих эмоционально-ценностную сферу ребенка (культуру переживаний и ценностные ориентации ребенка)
Задачи:
1.Прочитать рассказ, оценить эффективность подготовки учительницы к открытому уроку, ее прогностические умения.
- Подумать над причинами того, что наиболее яркие моменты урока, как правило, создаются после длительной подготовки, и как бы внезапно.
- Оправдана ли специальная опережающая подготовка некоторых учащихся к тому, чтобы эмоциональный момент урока (песня) был принят всеми учениками?
- Сформулировать рекомендации по подготовке к качественному уроку.
Прекрасное близко!
25 ноября приближалось, открытый урок по литературному чтению, который надо было дать для учителей области, почти был готов. Антонина Ивановна, учитель 4 «А», испытывала внутреннее беспокойство. Вроде бы много раз она давала открытые уроки. Чего волноваться? Тема хорошая: «А.П. Чехов. «Ванька Жуков»». Дети, ее четвероклашки, умны, произведение прочитали, обсуждение обещало быть интересным. Все нужные акценты тщательно продуманы. Но все же чего-то не хватало.
Но чего? Антонина Ивановна еще не могла понять чего, но остро чувствовала, что в голове у нее идет постоянный поиск какой- то идеи, какого-то момента, который смог бы оживить урок. Учитель особенно любила уроки литературного чтения, где можно показать детям глубину душевных переживаний героев, их радости и горести, раскрыть разные стороны человеческой жизни. Как часто на уроках она видела, как светлеют лица ребятишек, как появляется скромная улыбка на лице самой тихой и застенчивой Алины, как вдруг становится задумчивым личико хулиганистого Артема, как увлажняются глаза ребят, если разговор идет о переживаниях и страданиях литературных персонажей.
Вот и сейчас эта мысль о том, как оживить урок, не покидала ее. Смутно, педагог предчувствовала, что вот-вот она нащупает эту идею. Но пока, пока она проверяла стопку тетрадок, сидя в своем классе. Четвероклассники ушли на музыку, и вот выпало «окошко». После него еще урок «окружайки», кружок по краеведению, и можно провожать детишек домой, а самой заняться подготовкой уроков на следующий день. Антонина Ивановна принадлежала к числу немногих учителей, которые любили «окна» в расписании. Это возможность переключиться на другую деятельность, возможность подумать в тишине классной комнаты, возможность спокойно покушать, по крайней мере. Учитель с удовлетворением посмотрела на таявшую стопку тетрадей, обвела взором пространство класса. На партах остались учебники и тетради, дети уже приготовились к следующему уроку. Остановила свой взгляд на стенде «Наши классные дела» и улыбнулась. Вспомнила, как в прошлом году, активистки – девчонки, решили составить рейтинг учеников по итогам учебы и поведения. Принесли на утверждение Антонине Ивановне листок. Он был разделен на два столбца. Левая половина носила название «Лучшие ученики класса», а правая «Плохие ученики». В левой половине список представляли девочки и один мальчик, а в правой –только лица мужского пола. Пришлось убедить «судей» в том, что «плохие» — тоже хорошие. И что умные – всегда строптивые. И что «тройка –и «двойка» -не есть плохо, и что мальчики – они другие. С тех пор на стенде появлялись заметки о разных ребятах, и только хорошие. Дети любили их читать.
Антонина Ивановна посмотрела на часы. Пора сходить перекусить. Она вышла в коридор и направилась в столовую. В коридоре было пустынно. Солнце уже зашло на школьный двор и светило в большие окна. Из столовой доносился запах пирожков. В школе было уютно, светло, чисто. Тихо, но пока, через полчаса все наполнится шумом и гамом, детским смехом. Для кого-то это ужасное столпотворение, а для меня это сама жизнь, — подумала учительница.
Но в столовую было не суждено сходить. Она увидела скачущего по коридору (видимо бежавшего из туалета) Васю Смирнова. Тот странно придерживал свои брюки.
-Вася, а ты чего так руки держишь? Штаны сваливаются?
-Да, Антонина Ивановна, сваливаются. Новый ремень, а велик.
-Ну, пойдем в класс, придумаем, что-нибудь.
Вася из не очень благополучной семьи, не то что неблагополучной, но не очень заботящейся о том, как одет, сыт ли, сделал ли уроки их ребенок. При этом Васятка (так звал его старший брат, и в классе многие так его называли) был добрый мальчишечка. И не смотря на его не очень опрятный вид, дети его любили.
Антонина Ивановна взяла ремень, померяла, где надо сделать дырочку и проколола ее ножницами. Васятка обрадовался, застегнул ремень, подпрыгнул два раза и заключил, что держатся штаны хорошо. Крепко. Не свалятся. И беззаботно засмеялся.
-Антонина Ивановна, а теперь мне попадет, что долго в туалет ходил.
-Пойдем, провожу.
Она подвела к классу, где в этот момент дети пели песню из известного кинофильма «Приключения электроника». Антонина Ивановна приоткрыла дверь, тихонечко завела Васю в класс, встретилась взглядом с учителем музыки, жестами показала, что виновница долгого отсутствия Васи она, получила понимающий кивок коллеги и закрыла за собой класс. Несколько секунд постояла, послушала песню и направилась к своему кабинету, но вдруг остановилась. Боже мой! Пришло! Озарило! Она тихо хлопнула в ладоши и сказала негромко «Есс! Ура!». В свой кабинет она вернулась, уже танцуя и напевая строчки песни, которые должны были украсить будущий открытый урок.
— Ура! Ура! Ура!- продолжала повторять про себя учительница. Вот уж точно про русского человека сказано, что любит творить в авральном режиме. Казалось бы что лучше — месяц на подготовку открытого урока. Начнешь готовиться – все вроде бы по методике делаешь, тщательно продумываешь, подбираешь картины, видеосюжеты. Но самое лучшее приходит накануне, особенно когда делаешь еще кучу всяких дел: мониторинги, отчеты, проверку гор тетрадей и т.д. Почему так? Видимо, климат виноват. Спим, спим, боремся с холодом и тьмой, а потом наверстываем в короткое светлое и теплое время все, что можно наверстать. Трудимся без устали, а потом, снова копим силы.
После уроков Антонина Ивановна оставила двух девочек и заговорщически разъяснила свою идею насчет открытого урока. Девочки восприняли идею очень хорошо.
-Споем, Антонина Ивановна. Никому пока не скажем.
Но просили еще включить в заговор Ирину С.
-Хорошо поет, но слова знает плохо. Надо сказать заранее, чтоб выучила.
-Хорошо, договорились. И никому пока ни слова.
Наступил четверг 25 ноября. На урок пришло человек двадцать учителей. Некоторые лица показались Антонине Ивановне знакомыми. Да так и есть. Столько лет вместе идем по одной стезе! В этом году тридцать лет исполняется, как впервые встала за учительский стол, машинально заключила учительница.
Урок шел как по маслу. Дети охотно включались в обсуждение рассказа «Ванька Жуков». Самое главное, что они говорили, рассуждали. Раскрывали и замысел автора и подтверждали свои рассуждения словами из текста, и обличали хозяев Ваньки и переживали за его жизнь. Обсуждали концовку рассказа. Учитель задала вопрос: «Ребята, какая судьба ждет письмо Вани Жукова? Дойдет ли оно до адресата? До дедушки?».
Увидев поднятую руку Артема, учитель спросила его.
— Конечно же нет, — ответил мальчик и грамотно доказал свою точку зрения.
Поднялись еще несколько детских рук. Одна особенно высоко и настойчиво просила спросить ее обладателя.
— Хорошо, Максим, давай ты ответь.
-Я думаю, что письмо дойдет, убедительно отчеканил мальчик. Потому что в то время жило мало людей, и все друг друга знали. И Ваньку знали на почте, и работники на почте завтра спросят у него название деревни, где живет дедушка. И письмо дойдет до дедушки, и он заберет Ваню домой. Заключил Максим и с выражением выполненного долга сел на место.
-И я считаю, что дойдет письмо,- выскочила из-за парты Ксюша. Она предположила, что на почте знают, где живет дедушка Вани. Письмо исправят, допишут адрес. Тут уже поднялась масса рук. Все с места говорили о том, что письмо обязательно дедушка получит. Высказывали даже фантастические гипотезы. В конце – концов, и Артем поменял свое мнение. Дискуссию пришлось прекратить.
-Хорошо, ребята, и мне тоже очень хочется, чтобы письмо прочитал дедушка и забрал Ваню домой. Пусть жизнь Вани будет счастливой. Пусть его окружают любящие его люди, пусть ему будет хорошо.
Пусть будущее его не будет таким жестоким, как описано в рассказе.
Далее учитель сделала паузу. Да и эти слова она произнесла медленно, отчетливо и громко. Пауза длилась секунд 30. И вдруг Настя М, сидящая за второй партой, встала, повернулась к классу и звонким голосом обратилась к одноклассникам.
-Ребята, мы на музыке разучивали песню «Прекрасное далеко» из кинофильма «Приключения Электроника». Это ведь и к Ване Жукову подходит. Давайте споем эту песню. Антонина Ивановна, можно?
-Конечно, ребята, давайте споем, — воодушевленно откликнулась учитель.
Три девчонки вышли перед классом, переглянулись, позвали руками других, и вот уже половина класса вышла к доске. Запевалы сосчитали до трех и запели:
—Прекрасное далеко, не будь ко мне жестоко, жестоко не будь……
Дети, оставшиеся за партами, в начале с места, а затем, встав из- за парт, начали подпевать. К концу песни пели уже все.
Антонина Ивановна посмотрела на группу учителей, пришедших на открытый урок. У многих из них слезы стояли в глаза. Да и у самой Антонины Ивановны появился комок в горле. Дети закончили петь. Раздался шквал аплодисментов. Это аплодировали гости урока.
Постепенно дети сели за парты.
-Ребята, спасибо вам за урок. Вы — наше будущее. Вы — наше сокровище. И сегодня я не хочу задавать вам домашнее задание, но если, кто хочет пересказать или написать продолжение рассказа, я буду рада.
Прозвенел звонок. Дети закричали:
— Я напишу, и я напишу!
Через несколько минут детей из класса Антонина Ивановна увела в другой кабинет и вернулась в класс. Учителя были взволнованы. Они подходили и благодарили. А одна учительница лет тридцати пяти подошла и сказала, только сегодня поняла, что такое урок литературы.
-Спасибо Вам, Антонина Ивановна.
Спустя два часа, когда все уже разошлись, Антонина Ивановна увидела Васю. Он подбежал к ней и спросил:
-А можно я к следующему уроку и перескажу и продолжение напишу?
-Конечно, Вася,- сказала учительница и погладила его по кудрявым вихрам.
Мнение эксперта.
Ситуация реальная. Я ее наблюдала на открытом уроке в школе №14 г. Вологды на уроке Антонины Ивановны Соболевой. Учительницы уже нет с нами, а урок может и сейчас быть эталоном качества. Качества решения обучающих, развивающих и воспитательных задач.
Хороший открытый урок рождается в долгих размышлениях, переборе множества вариантов проведения. Ему предшествуют хорошие рабочие уроки, грамотный анализ содержания учебного материала, использование методов развивающего обучения, позитивное общение с детьми и их родителями. Надеяться на экспромт можно, если подготовка к уроку была серьезная. А так, следует согласиться с точкой зрения известного журналиста Л. Парфенова: «экспромт-всегда банальность2.
Специальная опережающая подготовка ряда учебных ситуаций нужна. Дети — участники и сосценаристы вашего урока. Это прекрасно.
Кейс № 2 «Полезен ли самоанализ урока?»
Аннотация.
В рассказе описана ситуация, в которой заранее подготовленный самоанализ конкурсного урока, хорошо продуманный и правильно выстроенный, не приводит к желаемому результату. Героине рассказа необходимо быстро оценить проблемную ситуацию, возникшую в ходе проведения самоанализа урока и принять верное решение.
С помощью этого кейса можно оценить умение учителя принимать решения в нестандартной ситуации, оценить действия членов жюри, согласиться с ними или нет, сформулировать прогноз в отношении дальнейшего профессионального роста учителя. Данные психолого-педагогические компетенции лежат в основе выполнения трудовых функций, закрепленных в профессиональном стандарте «Педагог»:
Трудовое действие в рамках трудовой обобщенной функции «Обучение»: Систематический анализ эффективности учебных занятий и подходов к обучению;
Трудовое действие в рамках трудовой обобщенной функции «Воспитательная деятельность» ( Профессиональный стандарт «Педагог»): Проектирование ситуаций и событий, развивающих эмоционально-ценностную сферу ребенка (культуру переживаний и ценностные ориентации ребенка)
Задачи:
1.Прочитать рассказ, оценить педагогическую целесообразность действий учительницы и членов жюри.
- Сформулировать рекомендации по подготовке к важному этапу конкурсных занятий — самоанализу урока.
- Сделать вывод об эффективности данной проблемной ситуации в развитии профессионализма педагога.
О пользе самоанализа
Конкурс «Учитель года» прочно вошел в нашу жизнь. Вот уже более
30 лет учителя со всей страны борются за хрустальную статуэтку пеликана как символа учительского труда. Движение к российскому пьедесталу начинается с районных, а иногда и школьных конкурсов. Конкурсы включают несколько испытаний. Среди них есть такое задание как «самоанализ урока». Оно считается среди учителей не самым главным и не самым трудным. Все-таки стержневым мероприятием является урок, который учитель проводит в незнакомом классе по теме, указанной в тематическом планировании учителя той школы, на базе которой проходит конкурс. Как правило, самоанализ урока готовится заранее, так как проект проводимого урока к моменту его проведения сто раз переписан, реализован несколько раз в классах своей школы или какой-либо школы района, и самоанализ соответствует тому, что сделано в проекте.
В нем учитель раскрывает и объясняет, почему именно такие цели были поставлены, почему выбраны те или иные методы, анализируется обратная связь с учащимися, оцениваются достоинства урока, выигрышные моменты, раскрывается то, что осталось за кадром, то, что не удалось реализовать и почему, а также прогнозируется иногда и другой вариант урока.
Наблюдая за поведением конкурсанта во время этого испытания, можно определить, насколько глубока рефлексивная составляющая педагога. Смог ли он прочувствовать и понять то, что он создал и воплотил? Готов ли он защищать свои позиции, свой взгляд на содержание предмета, на методы взаимодействия с детьми, на способ обучения. Появляются ли у него новые мысли и идеи после проведенного урока, который готовился так долго и тщательно? Зачастую, этого не видно. Но есть отдельные случаи, где самоанализ был лучше, чем урок.
Приведу его.
Молодая учительница давала урок литературы в пятом классе. Девушка выглядела собранной, сосредоточенной, чуть- чуть более строгой, чем надо было бы быть на открытом уроке. Довольно милое лицо. Длинные русые волосы завязаны в хвост. Элегантное платье в стиле Мэри Поппинс, чуть выше колен, но это было оправданно — ножки конкурсантки были безупречны. Весь ее облик излучал нацеленность на четкое воспроизведение плана урока, тщательно разработанного и хорошо разученного. Пожалуй, только ножки в красных туфлях немного дерзили и не соответствовали внешности претендентки на выход в финал конкурса.
Предметом обсуждения стал рассказ Василия Ивановича Белова «Весенняя ночь». Рассказ небольшой. Он был прочитан на уроке. Для облегчения восприятия текста педагог погрузила детишек в воспоминания о весне, спросила их об ощущениях, когда гремит гром, когда шумит дождь за окном, когда расцветают первые цветы, и начинают петь птицы. Затем она обратила внимание детей к произведениям живописи, где были показаны картины весны. Первичное восприятие произведения прошло успешно, с опорой на жизненный опыт ребенка.
Затем учитель и учащиеся обратились к художественному языку произведения. Отправились находить метафоры и тропы, сравнения и олицетворения. Попытались выразительно прочитать тест, найти в них смысловые части и увидеть главную мысль, которую они связали с мощным натиском природы, ее пробуждением весной. В заключение урока им удалось еще выразить свои впечатления в коллективных рисунках.
Казалось бы, урок был прекрасен. Но что-то было не так. Об этом говорили лица некоторых членов жюри. Уже где- то к середине урока мэтры потеряли интерес к происходящему на уроке. Двое из них о чем –то переговорили и кивнули головой в знак согласия друг с другом. На лицах не было вовлеченности в процесс урока. Только одна из членов жюри, молодая психологиня из гуманитарного университета, была увлечена происходящим, одобрительно кивала головой и искала поддержку среди других членов жюри. Не найдя ее, она обеспокоенно повернулась ко мне:
— Хороший урок, не правда ли?!»
— Да, хороший, стандартный урок, согласилась я, будучи в этот раз не членом жюри, а наблюдателем.
— Вот и хорошо, надоели эти нестандартные, здесь все так понятно, детишкам так нравится, и читают и рисуют и высказывают свое мнение.
Но видя членов жюри, которые откровенно скучали, психолог недоумевала, почему.
Шепнула мне:
-Я в первый раз в жюри. Я так-то преподаватель психологии в университете.
— Хорошо. Сейчас мы все поймем при самоанализе.
После проведенного урока члены жюри приступили к вопросам. Ответы на вопросы – прекрасная форма защиты своего мнения, своей концепции обучения предмету, своего воплощения замысла открытого урока. Многие учителя боятся этих вопросов, считают это самым трудным испытанием. Труднее, чем сам урок. Возможно потому, что не уверены в том, что делали, не пережили, не выстрадали урок, или боятся показаться некомпетентными. Хотя конкурсанты, как правило, смелые люди.
Первый вопрос звучал из уст известного члена жюри, очень талантливого и внимательного учителя. Он зачитал первые строки изученного на уроке произведения:
Весной в родимом лесу нечаянно-быстро приходит та радостно-страшная ночь, когда весь мир и вся Вселенная встают на дыбы. Жизнь и земля со всею природой выходят из своих берегов и топят душу в безжалостном счастье. Это тогда постигают многие люди, что нет нигде ни конца, ни начала.
Скажите, пожалуйста, это о чем?
Учитель слегка смутилась, немного отступила назад и задумалась. Взгляд ее устремился в окно. Немного погодя, она вымолвила: « Возможно, это о жизни и смерти. О том, что жизнь побеждает смерть. Или так. Жизнь завершается смертью, но не навсегда. Она возрождается. И это страшно и радостно. Может что-то другое хотел сказать Василий Иванович. Я не нашла размышления критиков по поводу этого рассказа».
Второй член жюри, профессор, известный наставник учителей и признанный литературный критик, вступил в разговор. Получилось, что они вместе с первым членом жюри задали один и тот же вопрос: «Почему Вы об этом не говорили с детьми на уроке?». И как вы сформулировали главную мысль произведения?
Конкурсантка раскраснелась, стала суетливо перебирать в руках листы, где вероятно, был описан сценарий урока и его самоанализ. Собравшись, она ответила, что главная мысль на уроке была озвучена, и она касалась взаимосвязей в природе и мощностей преобразований весной, что они всегда удивляют и радуют человека. Она сказала, что ребята говорили об этом, а свои мнения они подтверждали тем, что находили нужные описания в тексте.
Профессор: «И все-таки, почему Вы не обратили внимание на эти строки?» , и зачитал предпоследнюю строчку рассказа.
Зачем же, ради чего была тогда и весна? Если в декабре снова все в мире оцепенело, если опять все сковано ледяными цепями, белою снежною шубой?
О чем это автор, какая философская мысль заложена в этой фразе? И почему Вы не обратили внимание детей на нее?
Учительница напряглась. В ее глазах было можно прочитать вопрос, когда же Вы перестанете меня мучить, спросите лучше про методику, про то, зачем я спрашивала детей о своих переживаниях?
Но знаменитых членов жюри интересовали философские вопросы. Два других члена жюри молчали, и симпатии их были на стороне девушки.
Надо было что-то отвечать. Девушка вздохнула и, немного подумав и смотря не в глаза членам жюри, а в окно, задумчиво произнесла: «Так устроена природа…и .. В этот миг, ее словно озарило: «Так устроена жизнь. Но, я не знаю, понятно ли это пятиклассникам».
Тут на помощь пришла член жюри – учитель одной из школ города.
-Анна Андреевна, а почему вы выбрали для организации первичного восприятия картины Исаака Левитана? Вопрос был принят как спасательный круг.
— Творчество этого художника изучается на уроках изобразительного искусства, и я решила провести параллель. Дети вспомнили художественное произведение, соотнесли его с текстом, и я думаю, лучше поняли, что значат вот эти олицетворения и метафоры, — бойко ответила конкурсантка.
-Спасибо большое, Анна Александровна. Сделайте, пожалуйста, самоанализ урока, — председатель жюри, профессор, словно услышав мольбу учительницы, прекратил вопросы.
Учительница облегченно вздохнула, вышла из-за учительского стола, красиво, ровненько встала на середину класса и начала рассказывать, то, что ей удалось. Первые фразы были зачитаны с листа. Это не возбранялось. Она рассказала о том, что цели урока достигнуты, содержание произведения изучено и воспринято детьми позитивно, с детьми она чувствовала полное единение. Читая текст самоанализа, каким-то шестым чувством, она поняла, что не надо дальше рассказывать заготовку.
Девушка положила текст на стол и немного выступила вперед, поглядела на носки красных туфель и бодро и быстро заговорила о том, что провела урок так, чтобы было понятно детям пятого класса. Горячо убеждала в том, что сделанный акцент на изменения в природе весной, рассмотрение и прочувствование красоты языка В.И. Белова были главным замыслом ее урока, а философские размышления на тему жизни и смерти она специально не озвучила.
-Если бы этот урок я провела в 9 классе, то он был бы другой. И акценты я бы сделала на глубине философской мысли великого писателя.
А передо мной сидели пятиклассники, и я решила, что художественный анализ того, как изображена природа в рассказе, будет достаточным для изучения этого произведения.
Затем, с огорчением в голосе, сказала, что в плане саморекомендаций, в следующий раз продумала бы несколько вариантов урока, а не один.
-«Что? Съел?», — шепотом обратился одни маститый член жюри к другому. Тот засмеялся.
— Вот, еще и смеются,- обиженно подумала претендентка на финал. Еще и самоанализ скомкала, не все рассказала. Скорей бы отпустили отсюда.
Члены жюри так и сделали. Еще раз поблагодарили конкурсантку и попрощались с ней.
Обсуждение конкурсных уроков длилось долго. Среди пяти конкурсантов надо было выделить только одного участника для выхода в финал конкурса. Мнения членов жюри разделились.
По баллам проходил учитель русского языка, без сучка и задоринки давший урок в 7 классе. Но что–то в этом было уроке не то. Не хватило как раз задоринки. Скучно.
Еще одна учительница, раскрывавшая проблему склонения, казалось бы была достойна финала. Так замечательно использовала групповую работу, умело подвела детей к пониманию материала. Но одно только слово испортило все. Она, учитель русского языка, вместо глагола «класть», сказала «ложьте». Ну и что, что учитель из глубинки, язык есть язык. И тут он стал конкурсанту врагом.
-Может Анна Андреевна, все-таки? Самоанализ умнее, чем урок, и получается, что она защитила свою позицию, — несмело, но с надеждой на понимание, высказала свое мнение психологиня из соседнего университета.
-Согласна с коллегой. Девочка не побоялась сказать, что ей не все еще понятно в произведении Василия Ивановича Белова, — заступилась за Анну и член жюри – авторитетный учитель с большим стажем. Добавила, что автор учебника литературы Меркин тоже не просит учителя касаться философии рассказа.
— Она усилила традиционные подходы анализа произведения приемом интеграции литературы и изобразительного искусства. Посмотрите на детей, они пошли с урока возвышенные и умиротворенные, — заключила педагог.
В общем, чаша весов склонилась в пользу урока Анны Андреевны. Мэтры согласились.
-Таких думающих и быстро ориентирующихся в ситуации учителей мало. Пусть идет в финал,- резюмировал профессор, председатель жюри.
-С такими ножками — только в финал, — подумал другой значимый член жюри и согласился со старшим коллегой.
Мнение эксперта.
Профессионализм отражен и в действиях членов жюри и в действиях конкурсантки. Вопросы членов жюри помогли учителю увидеть, то, что она не продумала, готовясь к уроку. Это и обеспечило эффективную рефлексию. Учитель также проявила смелость в суждениях, старалась защитить свою точку зрения, рассуждала, а не излагала текст, заготовленный заранее, что позволило в острой дискуссии найти самое главное — то, ради чего и анализируется литературное произведение. Ситуация в рассказе выдумана, но похожий урок я видела на одном из региональных конкурсов, и там учительница не смогла обосновать свою позицию, хотя и пыталась. Не хватило смелости в полемике с именитыми членами жюри. Вот мне и захотелось показать, как может быть иначе.
Но в моей практике был случай, когда мы, члены жюри, выдвинули учителя начальных классов в финал не за урок, а за самоанализ. Помнится, претендентка начала самоанализ с фразы: « Я не довольна проведенным уроком, я изменила бы вот это. Исключила бы задание № 3 и № 4, сделала бы акцент на ошибке ученика и организовала бы коррекционно-развивающие действия, обыграла бы ситуацию….». Она размышляла на ходу и видела свои ошибки, находила их причины. Мы, члены жюри, пришли к выводу, что надо дать этой учительнице шанс проявить себя во втором этапе конкурса. Там она выступила достойно. Так, что самоанализ — вещь очень важная. И иногда может быть лучше самого урока.
