автор: Бронников Максим Алексеевич
ученик 5 класса МАОУ СОШ № 4 город Краснокаменск Забайкальский край
Рассказ «Вовкин подвиг»
Из воспоминаний моей прабабушки Марии Александровны о своем двоюродном брате Володе.
Вовкин подвиг.
+Ему исполнилось десять, когда началась война. Он осознавал, что это что-то ужасное ,но война была далеко от их маленькой деревни. Деревня, где проживали многочисленные родственники моего двоюродного прадедушки Володи, находилась в Минской области. Мужики почти все ушли в партизаны, некоторые забрали с собой семьи. Отец Володи тоже ушел в партизаны, а старшим наказал заботиться о младших, помогать вести скромное хозяйство. У Володи семья была большая: восемь ребятишек и все мал-мала меньше. Старше Вовки были три сестры, поэтому мужские дела легли на его хрупкие плечи. С утра нужно было принести воды из колодца. Потом идти за хворостом. Вовка с пацанами брали нехитрое приспособление для рубки сухостоя и уходили в лес. Приходилось пасти гусей и поросенка, следить за тем, чтобы соседские собаки не гоняли их. Пока гуси плавали в пруду, а поросенок, наевшись молодой травки, мирно спал в тени, Вовка с мальчишками плескался в воде. Мать рано утром уходила в поле, девчонки управлялись по дому. Следили за младшими, готовили нехитрую еду. Дети занимались своими обычными делами. Однажды ранним утром все проснулись от сильного шума и мощного гула. «Дырр-дырр,дырр-дырр-рр»,-ревело за окнами со всех сторон. Собаки захлебывались лаем. В деревню въезжали немцы.
К обеду от Вовкиного хозяйства ничего не осталось. Немцы зарезали тощего поросенка, забрали последних гусей и куриц-кормилиц. Глядя на густо насыпанные по двору птичьи перья, мальчик крепко зажмурил глаза, чтоб не показывать предательски наворачивающихся слез, сжал свои худенькие кулачки . Немцы из домов почти всех выгнали, сами по-господски обосновались в них. Вовкина семья жила в сарае для скота. Спали вместе с матерью на земле, которую устилали брошенные матерью рваные тряпки. Ночью было зябко, сквозь щели тянуло сыростью от реки, заедали комары. Едко пахло навозом и пометом. Дед смастерил что-то подобное печке, которое было без трубы, и поэтому выбрасывало едкий дым. Этот дым наполнял сарай.
Захватчики вели себя зверски: не жалели ни стариков, ни детей, расстреливали целые семьи за связь с партизанами, сжигали дома. Вовкиному деду было 99 лет, когда вывели на расстрел его семью. Немцы заявились в Вовкин сарай, и толкая автоматами, вывели семью на улицу. Там уже стояла материна сестра Степанида со своими детьми. Офицер что-то кричал и тыкал тростью в тетку и деда. В стороне стояли солдаты, готовые стрелять. Наоравшись, офицер махнул рукой, раздались выстрелы. Рухнули на землю тетка, ее двое детей и Вовкин маленький братишка. Поднялся истошный женский крик. Фашисты, смеясь и весело переговариваясь, похваливая друг друга, ушли в дом. Дед не вынес потери близких. Он умер, не дожив до своего столетия один месяц.
Глухая, терпкая ненависть копилась в Вовкином сердце день за днем.
Мальчишки пристально, но осторожно следили за действиями немцев, как настоящие разведчики. Увидев однажды, что враги грузили на машину тяжелые ящики, ребята решили, что надо проследить куда их повезут. Прячась за кустами, в траве, дети следовали за машинами врагов. Машины остановились, немцы начали разгружать ящики. Открыв их, они доставали какие-то железные « коробки». Один из пацанов сказал, что это мины. Оказалось, что немцы минировали дорогу к деревне. Они рыли ямки, в которые закладывали мины, а затем засыпали их землей. Мальчишки считали их и запоминали места, где они установлены. Через несколько дней Володя у колодца услышал от женщин, что наши войска начинают наступление. Этого все ждали с нетерпением. Нарастающий, ровный гул наших танков заставил немцев бежать.
Вовка помчался в сторону заминированной дороги, чтобы показать, где стоят мины. Пока он бежал, в его голову пришла мысль: «Не успею! Сам уберу!» Правда, как убрать мины, он не знал. Зато он точно знал, что надо спасать наши родные, долгожданные танки.
Стрелой он метнулся к ближайшей мине, быстро разгреб землю и начал доставать её. Мина была тяжелая, Вовка не мог ее поднять. Он решил воспользоваться палкой, которая валялась недалеко. Он воткнул палку под мину, прыгнул на нее. Прогремел взрыв, Вовку с оторванной рукой отбросило далеко в сторону. В голове стучало: «Я спас, я спас!» Больше он ничего не видел и не помнил.
Очнулся он в госпитале. Вокруг него лежали раненые с окровавленными бинтами. Он поглядел на свое тело: вместо руки у него был обрубок с такими же окровавленными бинтами, как и у всех. Предательские слезы катились по щеке на подушку. Его обуял не страх, не жалость… Нет! Маленькое и худенькое тельце наполнилось гордостью. Он верил, что совершил важное дело — спас танк.
Я горжусь своим двоюродным прадедушкой! Он настоящий герой!
