автор: Волкова Татьяна Владимировна
Преподаватель фортепиано МБУ ДО ДШИ №4 г.о.Сызрань
Э. Григ «Кобольд». Исполнительский анализ и способы преодоления технических трудностей с учащимися фортепианного отделения ДШИ
Муниципальное бюджетное учреждение
дополнительного образования детей
«Детская школа искусств № 4»
городского округа Сызрань
Методическая разработка на тему:
Э. Григ. «Кобольд» ор.71 №3 из цикла «Лирические пьесы». Исполнительский анализ и способы преодоления технических трудностей с учащимися фортепианного отделения ДШИ
Выполнила:
преподаватель
фортепианного
отделения
Волкова Т.В.
2021
В своем творчестве Э. Григ довольно часто обращался к образам народной фантастики, легенд и сказаний – «Танец эльфов», «Шествие гномов», «В пещере горного короля» и т.д. Пьеса ор.71 №3 «Кобольд» входит в 10 тетрадь «Лирических пьес», вышедших в 1901 году. В композиции пьесы представлены причудливость сказочного мира, некое «фантастическое действо».
Прежде чем познакомить учащихся с этой миниатюрой, я обычно спрашиваю: «Кто такой кобольд?» К сожалению, мало кто из учеников знает ответ. Поэтому я обращаю внимание на то, что кобольд (буквальный перевод – «владыка помещений») – дух домашнего очага, т.е. прототип современного домового, который часто изображается в виде безобразного карлика, устраивающего хаос и беспорядок, любящего подшучивать над людьми, постоянно возящегося и шумливого.
Характерными чертами данной пьесы являются острота ритмической пульсации, яркие динамические сопоставления, частая смена артикуляционных штрихов, четкая синтаксическая расчлененность изложения материала. Все это создается крайне скупыми средствами музыкальной выразительности.
Форма произведения четко структурирована, т.е. имеет четко обозначенные, очерченные границы 3х-частности. Все части отличаются яркой динамичностью – в стремительном движении мелькают очертания этого фантастического существа.
Что использует Э. Григ для передачи этого фантастического и загадочного существа? Во вступлении на рianissimo и staccato, в низком регистре начинают мелькать I и V ступени. Образующиеся кварто-квинтовые пустоты вводят нас в сказочный мир загадочных существ, в атмосферу волшебства с его непредсказуемостью событий, неожиданностью построений. Стоит сразу обратить особое внимание на организующее начало партии левой руки. Она как «дирижер» все держит под контролем, не давая партии правой руки вырваться вперед. Именно она создает и организует четкость и упругость ритма. На неизменно повторяющуюся фигуру в партии левой руки накладывается постепенно раскручивающееся «тематическое звено», переходящее в терции с метроритмическими акцентами. Начальная группа восьмых создает некую ворчливость героя, а нисходящие терции – угловатость образа.
Очень интересен ладогармонический язык композитора – использование натуральных ладов, причем одновременно лидийского (#IV ступень) и дорийского (#VI ступень). В результате чего появляется достаточно далекая тональность F-dur (DD) и используется как проходящая, как некая «гримаса» кобольда. Кроме того, Э. Григ часто в этой пьесе обращается к чистой квинте(ч5) – это истоки из народного эпоса.
Хотя Э. Григ пользуется крайне скупыми музыкальными средствами, однако в техническом отношении эта пьеса очень сложна для учащихся. Исполнение на staccato при темпе Allegro molto на рianissimo является очень сложной даже для профессионалов, не говоря уже об аккордовой технике во II части. От исполнителя требуется абсолютная синхронность рук и пальцев при сохранении ясности мелодической линии. Кроме того, es-moll – тональность не только «темная и страшная», но и крайне неудобная в исполнении (игра по черным клавишам). Композитор использует параллельные и унисонные движения мелодической линии, частые скачки, переносы рук в разные октавы и регистры в быстром темпе – все это требует большой концентрации внимания, собранности и предельной точности при исполнении данного произведения.
Работая с учащимися над отдельными фразами в медленном темпе крепкими пальцами на staccato и на marcato, я стараюсь приучать их чувствовать свободу игрового аппарата, убирая все зажимы и неудобства в исполнении. Существует еще одна опасность при работе в медленном темпе – неряшливое, форсированное исполнение. Хотя пальцы должны быть как «иголки» острые и активные, нельзя чрезмерно увеличивать амплитуду движения рук. Так как конечный темп должен быть достаточно быстрым, основная нагрузка ложится на пальцы и кисти рук. Основными принципами исполнения в быстром темпе являются: позиционная игра с минимальными движениями рук, четкая артикуляция и тщательный слуховой контроль, важно слушать себя как бы «со стороны».
Кроме того, важно добиваться единства мелодической линии, ощущения непрерывного горизонтального движения, несмотря на частые акценты и паузы, которые могут дробить материал. При этом также важно не комкать и не налетать на последующий материал, а все дослушивать, особенно «крупные» длительности в конце фраз. Чтобы почувствовать четкость ритмической пульсации и понять строение фраз, полезно продирижировать произведение от начала до конца. Все это требует слаженного действия всего пианистического аппарата, а также точности, четкости пальцевой артикуляции при минимальных позиционных движениях рук.
Кобольд – существо, находящееся в постоянном движении, которое не может сидеть на месте, соответственно это создает трудности в темповом отношении, т.к. нет никаких агогических отклонений. Сохранение темпа и чувства внутренней пульсации до конца – дело не из легких. Очень сложно как бы на одном дыхании, без устали дойти до конца и отобразить этот «комок, сгусток энергии», постоянно движущийся и не находящий покоя в статике.
Стоит особое внимание обратить на паузы в данном произведении. Они имеют некий психологический оттенок и несут смысловую нагрузку. Это нервное ожидание чего-то страшного, неведомового, таинственного. Их нельзя сокращать или формально высчитывать, их необходимо чувствовать.
Педаль используется только в конце I и III части для подчеркивания динамики, придания яркости и объемности звучания. Следует отметить динамическое разнообразие в данном произведении – от постепенных волнообразных нарастаний и спадов звучности до внезапных fortissimo после рiano.
II часть переводит нас в атмосферу подземелья и вызывает ассоциации с «пещерой горного короля». В низком регистре в партии левой руки проводится тематическое «ядро» произведения, используется уже аккордовая фактура. Нисходящие по хроматизму аккорды постепенно «пластами» поднимаются все выше и выше, взмывая вверх, мелодическая линия в партии левой руки звучит более настойчиво и назойливо по звукам умVII7. Мощное cresc. приводит к неожиданному «обрыву» мелодической «ткани», создавая эффект некой недосказанности. Далее в С-dur, совершенно далекой тональности звучит основная тема светло, радостно, празднично. Опять происходит нарастание и переход в E-dur – это апофеоз, триумф гама, шума, веселья этого существа. Затем внезапное появление остановки на си-бемоль является как бы напоминанием о возвращении основной тональности. Этот необычный прием мы с учащимися рассматриваем по-разному: и как «игру в прятки» — то показывается главный герой, то исчезает; и как постепенное успокоение или утихомиривание кобольда; либо как сопоставление двух миров – невидимой духовной сферы и реальной тишины. В заключение II части мы слышим нисходящую по хроматизму «дорожку» и «видим» оставленные кобольдом «уходящие во мраке следы», которые постепенно исчезают.
III часть – реприза, которая немного видоизменена. Дробление темы по коротким мотивам проводится в более высоком регистре и затрагивает II низкую ступень, т.е. появляется фригийский лад. Все проводится еще более ярко и в конце пугающий «взлет» вверх – как напоминание о том, что кобольд всегда здесь, рядом, поблизости, и не прочь подшутить над кем-нибудь. Именно так учащиеся часто интерпретируют окончание произведения.
Хотя работа над данной пьесой занимает много времени и сил, требует слаженного взаимодействия всего пианистического аппарата, выносливости и исполнительской свободы, однако даже ознакомление с этой миниатюрой может посодействовать раскрытию технического потенциала учащегося, обогащению его творческого воображения и восприятия.
Безусловно, по мелодическому богатству, причудливому образному строю и лаконизму изложения материала, миниатюра «Кобольд» является одним из великолепных образцов музыкальной фантастики Э. Грига.
